|
Путешествие по Тексту Курса Чудес, Кеннет Уопник
|
|
|
pro-svet
|
Дата: Суббота, 08.08.2026, 18:21 | Сообщение # 401
|
Admin
Сообщений: 6115
Статус: Offline
|
Теперь мы посмотрим более конкретно на чудо, возвращаясь к разделу «Неизменная Реальность»:
(VIII.4:1-2) Реальность неизменна. Чудеса просто показывают: то, что ты поместил между реальностью и собственным сознанием, нереально и совершенно не является помехой.
Чудо ничего не делает и ничего не меняет, оно лишь показывает, что мы — сновидцы мира снов, и то, что нам снится, не является правдой (Т-28.I.1:1; Т-28.II.4:2; 7:1). Искупление учит, что наши сны не оказали никакого влияния на истину, как не повлияли на нашу неизменную реальность в качестве Христа и те изменения, которые мы, казалось, привнесли в разум.
(VIII.5:1-6) Поскольку реальность неизменна, чудо уже присутствует в ней, чтобы исцелить всё изменяющееся и предложить его тебе в счастливой, лишенной страха форме. Тебе будет дано увидеть брата подобным образом. Но не тогда, когда желаешь ты иначе в некоторых аспектах. Ведь это означает, что ты не хочешь видеть его исцеленным и целокупным. Христос в нем совершенен. Но это ли ты желаешь видеть?
И снова: чудо не делает ничего, кроме как показывает нам исцеляющую истину, которая присутствует в Божьем Сыне как его неотъемлемое тождество (одинаковость). Его видение позволяет нам больше не смотреть на наших братьев через дробящие на части глаза особости. Однако мы не можем познать, что мы одинаковы, до тех пор, пока видим других как обладающих властью влиять на нас. Мы отвечаем «да» на вопрос Иисуса — «Хочешь ли ты видеть наших братьев так, как вижу их я?» — если выбираем видеть нас исцеленными вместе, и «нет», если предпочитаем поддерживать систему мышления эго, основанную на разделении, осуждении и нападении.
(VIII.5:7) Тогда пусть более не будет снов о нем, которые ты предпочел бы видению этого.
Это сны об особости, в которых мы отводим другому роль злодея. Этот «другой», будь то человек, объект или микроорганизм, теперь обладает властью воздействовать на нас (подразумевая наши тела). Даже когда мы вроде бы получаем то, чего хотим, это вряд ли становится постоянным положением вещей. Более того, мы сохраняем ненависть к другим, потому что верим: то, что мы наконец-то от них получили, с самого начала принадлежало нам, и мы нуждались в этом только потому, что сначала они у нас это отняли. Это безумие отражает четвертый и пятый законы хаоса эго (Т-23.II.9-12) и действует как кажущаяся успешной контрмера против счастливых снов прощения Святого Духа.
(VIII.5:8-9) И ты увидишь в нем Христа, ибо позволил Ему прийти к тебе. И когда Он откроется тебе, ты будешь уверен в своем подобии с Ним, поскольку Он неизменен в твоем брате и в тебе.
Эти слова вторят прекрасному отрывку из Первого послания Иоанна — одной из любимых библейских цитат Хелен:
«Возлюбленные! мы теперь дети Божии; но еще не открылось, что будем. Знаем только, что, когда откроется, будем подобны Ему, потому что увидим Его, как Он есть. И всякий, имеющий сию надежду на Него, очищает себя так, как Он чист» (1 Иоанна 3:2-3).
Отсылка Иоанна, разумеется, относится к Иисусу — что когда он явится, мы поймем, что подобны ему. Отрывок здесь, как и в последующих строках, адаптирован, чтобы показать: то, как мы видим других, есть то, как мы выбираем видеть себя — либо глазами видения, либо глазами суждения: как неизменного, вечного Христа, или как непостоянное, эфемерное эго.
(VIII.6:1-3) Вот что увидишь ты, когда решишь: нет такой видимости, которой ты пожелал бы заместить реальность того, что есть твой брат. Пусть искушение выбрать сон не даст войти сюда неопределенности. Не ощущай вины и страха, искушаемый сном о том, что он есть.
Вспомните предшественника Иисуса во времени — Платона, который подчеркивал разницу между видимостью и реальностью, и чья мудрость находит отклик в этом курсе. Иисус просит нас принять решение против того, чтобы позволять видимости наших братьев обманывать нас относительно реальности их Истинного Я, и, прислушиваясь к его истине, мы отворачиваемся от искушения слушать ложь эго. Эта потребность делать других частью наших иллюзорных снов выражает желание видеть сон как реальность, а затем возлагать на них за него ответственность. Такое искушение — не грех, заслуживающий смерти, а ошибка, которую Иисус с любовью исправляет для нас.
(VIII.6:4-6) Но и не наделяй сон силой заместить в твоем воззрении на него то, что в нем неизменно. Любое ложное представление рассеется, если вместо этого ты попросишь чуда. Нет такой боли, от которой он не был бы избавлен, если ты пожелаешь ему быть тем, что он есть.
Эта свобода от боли существует только в восприятии разума. Хотя это не обязательно означает, что другие сознательно примут исцеление и испытают это освобождение, это означает, что формы, которые мы атаковали, считая их реальными (позитивно или негативно), исчезнут из разума, потому что они проистекали только из его собственного ошибочного самовосприятия. Когда мы находимся в правильном мышлении, наше беззащитное присутствие говорит другим, что они могут сделать тот же исцеляющий выбор, что и мы. Это дает им свободу принять решение об исцелении в любой момент на их пути Искупления.
(VIII.6:7-9) Зачем тебе бояться видеть в нем Христа? Во всем увиденном ты видишь лишь себя. Как только исцелен твой брат, ты от вины освобожден, ведь представление о нем есть твое представление о самом себе.
Мы боимся увидеть Христа в других, потому что это сняло бы с них наши спроецированные грехи, одновременно прощая наши собственные. Это привело бы к исчезновению нашего особенного «я», и вместо того чтобы потерять эту особенность, позволив ей преобразиться в безгрешное Истинное Я, мы предпочитаем сохранять свой грех, помещая его в других и обвиняя их в наших несчастьях и страданиях.
Теперь мы возвращаемся к теме цели вместе с разделом «Единственная цель»:
|
|
|
|
|
pro-svet
|
Дата: Суббота, 08.08.2026, 18:24 | Сообщение # 402
|
Admin
Сообщений: 6115
Статус: Offline
|
(V.1:1) Реальный мир – это состояние разума, в котором единственной целью мира видится прощение.
Реальный мир — это не место. Это состояние исцеленного разума, в котором мы раз и навсегда выбрали позволить Святому Духу быть нашим Учителем. В качестве нашего Советника Он помогает нам смотреть Его глазами, чтобы мы больше не воспринимали различные цели мира, многочисленные способы, с помощью которых мы удовлетворяем наши особые потребности за счет других, одновременно пытаясь помешать им сделать то же самое с нами. Зайдя так далеко, мы осознаём, что наша единственная цель пребывания здесь — научиться прощать. Поскольку прощение является земным отражением недифференцированного единства Небесной любви (У-чI.186.14:2), эго и его особость должны исчезнуть, когда наше исцеление будет завершено.
(V.1:2-3) Страх не является его целью, поскольку ею становится избавление от вины. Ценность прощения воспринята, и она замещает идолов, которых более не ищут, ибо «дарами» их не дорожат.
Одна из целей, которую ставит Иисус в своем курсе, — убедить нас в том, что наши идолы любви и ненависти не имеют никакой ценности. Он достигает этого, показывая, как наши особые отношения усиливают вину, которая неизбежно ведет к боли. Эти идолы особости, к слову, включают в себя не только людей и объекты, но и поклонение проблемам. Для эго не имеет значения, боготворим ли мы собственное поврежденное тело или чье-то еще, до тех пор, пока мы остаемся слепо уверены в том, что проблемы приходят от мира. Это признание никчемности системы мышления вины и ненависти меняет наше восприятие и является радостным результатом нашего выбора возлюбленного брата в качестве учителя вместо эго.
Мы возвращаемся к реальному миру, поскольку Иисус описывает для нас его характеристики:
(V.1:4) Не создается тщетных правил, ни от кого и ни от чего не требуется изменяться и вписываться в навеянные страхом сны.
Это кратко описывает наши жизни в эго-сне страха. Мы манипулируем другими, чтобы они облегчили нашу вину, однако втайне надеемся, что они не смогут удовлетворить наши требования, дабы мы могли оправдать свою ненависть к ним, обвиняя их в нашем дискомфорте. Такая особость усиливает систему мышления эго, оставляя нас в ловушке его порочного круга вины и проекции. Кроме того, в ту же самую игру, в которую мы играем с нашими особыми партнерами, они играют с нами. Именно по этой причине отношения здесь никогда по-настоящему не работают. Созданные для того, чтобы не приносить никому истинного счастья, они поддерживают цель эго — уничтожить любовь, укрепляя веру в то, что вина, жертва и боль спасительны.
(V.1:5-6) А вместо этого присутствует желание понять всё сотворенное таким, какое оно есть воистину. И признается, что всё должно быть сразу прощено, а затем понято.
Мы никак не сможем ничего познать, пока не устраним блоки, препятствующие истинному пониманию. Эти барьеры — мысли вины, требующие, чтобы тело стало реальным в качестве защиты, включая мозг, который был специально создан так, чтобы не понимать, что все проблемы проистекают из ошибочного решения разума. До тех пор, пока решение в пользу эго остается в силе, мы никогда не сможем достичь истинного понимания. Только прощение способно освободить нас из этой «защищенной от дурака» (хотя и не «защищенной от Бога») тюрьмы вины и суждений (Т-5.VI.10:6).
(V.2:1-7) Здесь существует убеждение, будто с атакой приходит понимание. Там открывается, что с атакой оно утеряно. Безумие выбора вины как цели полностью признано. Идолы не желанны там, ибо в вине увидена единственная причина боли, в какой бы форме она ни появилась. Никто не соблазнен ее суетной привлекательностью, поскольку и страдание, и смерть восприняты как то, чего не желают и к чему не стремятся. Возможность получить свободу осознается и приветствуется, и средство достижения ее теперь можно понять. Мир становится миром надежды, ибо его единственная цель – стать местом осуществившейся мечты о счастье.
В мире нет надежды, несмотря на то, что говорит нам эго. Единственная надежда мира кроется в том, что здесь нет никакой надежды, потому что мир — это проекция безнадежности эго. Однако в наших разумах есть подлинная надежда, когда мы принимаем решение против этого отчаяния и выбираем Святого Духа своим Учителем. В этом единственном решении в пользу спасения мы выходим за пределы тщетных снов вины и нападения, признавая, что в них нет ничего, чего бы мы хотели. Кто, кроме безумца, выберет боль смерти, когда ему предлагают радостное обещание вечной жизни? Перестав быть безумцами от вины, мы предпочитаем разум безумию и отождествляем себя с единственно возможной надеждой. Теперь счастье свободно может вернуться к Божьему Сыну, который когда-то верил, что страдает, освобождая его от мысли, будто боль была справедливым возмездием за его грехи.
(V.2:8) Никто не остается вне надежды, ведь мир объединился в вере, что все должны разделить его цель, чтобы надежда стала более чем сном.
Никто не остается вне принципа Искупления, который гласит, что единство Сына Божьего никогда не было раздроблено. Для исцеления наших разумов необходимо лишь, чтобы мы разделили цель исцеления со всеми и всем, отменяя эго-миф о разделении и дифференциации. Вспомните, что для спасения мира нужен только один учитель Божий: мы. Всякий, кто читает эти слова в Руководстве для учителей (Р-12.1), узнаёт, что единственный учитель Божий, необходимый для спасения, — это тот, кто их читает. Когда наши разумы исцелены, мы понимаем, что этот единый учитель охватывает Сыновство в целом, не исключая никого из причастности к несомненной надежде Искупления.
(V.3) Царство Небесное еще не помнится всецело, поскольку прощение всё еще остается целью. Но каждый уверен, что он уйдет за грань прощения, а остается он лишь до поры, пока прощение в нем не станет полным. Он не желает ничего другого. И страх ушел, поскольку он объединился в своей цели с самим собой. Надежда стать счастливым столь несомненна и постоянна в нем, что ему едва удается ждать дольше, оставаясь на месте и едва касаясь стопами земли. Но ждет он с радостью, пока соединятся руки всех и сердце каждого будет готово подняться и пойти с ним вместе. Ибо так он подготовил себя к шагу, с которым все прощение остается позади.
Хотя прощение находится вне Небес, оно необходимо до тех пор, пока мы верим в вину, которая прячет память о Боге за своей завесой. Мы с радостью ждем возвращения единства в святой разум Сына, ибо, достигнув реального мира, мы свободны от цепей временного мира снов эго, ведь что такое время, как не устройство для заточения нас в вине? Когда мы принимаем истину Искупления, а прощение очищает разум от его иллюзий, мысль об исцелении освобождается, чтобы благословить всё творение, которое всё еще верит в разделение. Радостно мы готовимся к последнему шагу Бога:
(V.4:1-2) Последний шаг принадлежит Богу, ведь только Бог мог сотворить Своего Сына совершенным и разделить Свое Отцовство с ним. Никто вне Царства этого понять не может, поскольку это понимание и есть само Царство.
Прощение не возвращает нас домой, а просто разворачивает лестницу эго, по которой разделение увело нас вниз. Помогая нам сделать выбор против эго, подобно чуду и спасению, оно отменяет ту преграду, которую наша особость воздвигла между нами и истиной. Иисус наставляет нас, что мы не можем понять реальность или то, как работает прощение, но мы можем понять, что будем счастливее, когда простим. Больше ничего не требуется для нашего возвращения на Небеса, которых мы никогда не покидали.
(V.4:3-5) Даже реальный мир всё еще имеет цель, не достигающую творения и вечности. Но страх исчез, поскольку цель реального мира есть прощение, а не идолопоклонство. Так подготовлен Сын Небесный быть самим собой и помнить, что Сын Господень знает всё, что понимает его Отец, и что он понимает это в совершенстве вместе с Ним.
Реальный мир — это состояние, в котором наши разумы навсегда исцелены от безумной веры в разделение. Мы знаем, что есть сон, но также знаем, что наша реальность находится вне его; это состояние, достигнутое Иисусом и всеми просветленными существами. Их формы могут казаться присутствующими здесь, но они понимают, что их реальность находится за пределами сна и абсолютно не подвержена влиянию мира иллюзий. Однако в отличие от Бога, Который вообще ничего не знает о сновидении, тем, кто находится в реальном мире, нужен еще один шаг — последний шаг Бога, — чтобы завершить путешествие. Этот «шаг» — метафора, знаменующая конец сновидения, в котором всё исчезает, ибо больше нет индивидуального «я», осознающего нереальность.
(V.5) В реальном мире этого еще нет, поскольку в этом – Собственная цель Бога, только Его и вместе с тем всецело разделяемая и целиком осуществленная. Реальный мир есть состояние, в котором разум уже постиг, с какой легкостью уходят идолы, когда они еще воспринимаются, но больше не желанны. С какой готовностью их отпускает разум, понявший, что идолы – ничто, нигде, и что они бесцельны. Ибо только тогда предстают бессмысленными и бесцельными вина и грех.
Когда мы понимаем, что мир — не более чем праздный сон, разум отпускает своих идолов. Мы осознаём, что цель греха и вины — подкреплять сон о разделении, в котором героем является наше индивидуальное «я». Однако без веры в реальность сновидения и желания оставаться в нем грех и вина теряют смысл и отпадают. Божья цель творения становится единственной истиной Сына, и в Царстве воцаряется высшая радость, ибо блудный сын вернулся домой.
(V.6:1-2) Так цель реального мира мягко привносится в сознание как замещение цели греха и вины. И всё, стоявшее между твоим образом самого себя и тем, что ты есть, радостно смыто прощением.
Мы снова видим, что прощение не делает ничего, кроме как без осуждения смотрит на иллюзию. В его мягком восприятии мир иллюзий испаряется, и разум очищается от вины в радости исцеления.
(V.6:3-5) Богу не надо заново творить Своего Сына, чтобы отдать ему всё, что ему принадлежит. Пространства между тобой и братом никогда не было. А то, что Божий Сын знал при сотворении, он должен снова знать.
Происходит лишь то, что мы принимаем послание Иисуса об Искуплении — о том, что разделение было аберрантной (отклоняющейся) и иллюзорной мыслью. Ничего не нужно делать, потому что знание, которым Сын Божий обладал при творении, никогда его не покидало. Но пока он спал, Святой Дух бережно хранил Искупление и распространял его исцеление по всему Сыновству, терпеливо ожидая его неизбежного принятия.
(V.7:1-2) Когда братья объединяются единой целью в мире страха, они уже стоят на пороге реального мира. Возможно, они еще оглядываются назад и думают, что видят идола, которого желают.
Тема «взгляда назад» имеет важные библейские и мифологические корни. Например, жена Лота оглянулась и превратилась в соляной столп (Бытие 19:26; см. также слова Иисуса от Луки 9:62); Орфею было велено не оглядываться на Эвридику, и когда он это сделал, она умерла; те, кто смотрел в лицо Медузы и не отворачивался, становились камнем. Этот мотив пронизывает остаток раздела, в котором Иисус говорит нам не оглядываться на эго, пока мы поднимаемся по его лестнице прощения: «Не поддавайся искушению идолов вины, страха и ненависти. Не пытайся анализировать, откуда ты пришел, или думать о том, куда ты направляешься. Просто держи меня за руку и следуй моим ежедневным инструкциям: выбирай чудо и прощай». Чтобы положить конец сну страданий, наш старший брат просит нас искать его помощи в том, чтобы воспринимать отношения как зеркала решения разума, а не как средство для собственного дополнения (завершения); чтобы признать общие, а не разделенные интересы нашей единственной целью пребывания в этом иллюзорном мире греха и страха.
(V.7:3-5) Но их стезя уже уверенно проложена к реальности и прочь от идолов. Ибо, соединив свои руки, они взяли за руку Христа и будут видеть Того, Чью руку держат. Увидеть лик Христа необходимо прежде, чем вспомнить об Отце.
Вот наша формула: мы смотрим на Лик Христа в наших братьях и вспоминаем Бога. Мы вспоминаем нашего Отца и наше Истинное Я, усваивая, что нет барьеров отдельных интересов, способных удержать Божьего Сына разобщенным. Лик Христа символизирует невинность, которая возвращается в наше осознание, когда мы прощаем. Таким образом, мы прощаем наших партнеров по особости не за то, что они сделали, а за то, чего они не делали. Они не отнимали нашей невинности, равно как и мы, ибо ничто не встало между нами и Любовью Христа, безгрешного Божьего Сына.
(V.7:6-8) Ибо Его не вспомнить, покуда Его Сын не уйдет за грань прощения к Любви Бога. Сначала должна быть принята Любовь Христа. А уж затем приходит знание: Они – одно.
Пришествие знания — это последний шаг Бога, который находится вне нашей компетенции. Ранее нам говорили, что целью этого курса является покой, а не знание (Т-8.I.1:1-2), и покой неизбежно приходит, когда мы прощаем Божьего Сына. За этим сразу же следует памятование о том, что Бог и Христос едины, вечно соединены в Своей Любви.
|
|
|
|
|
pro-svet
|
Дата: Суббота, 08.08.2026, 18:27 | Сообщение # 403
|
Admin
Сообщений: 6115
Статус: Offline
|
(V.8) Как прост и легок шаг за узкие границы мира страха, когда ты понимаешь, Чью руку держишь в своей руке! В твоей руке всё, что потребуется, чтобы навсегда уйти в полной уверенности от страха и, следуя прямым путем, достичь самих Небесных врат. Ведь Тот, Кого ты держишь за руку, только и ждал твоего единения с Ним. Теперь, когда ты пришел, разве Он станет медлить с показом тебе пути, которым пойдет с тобою вместе? Его благословение покоится на тебе так же определенно, как пребывает в Нем любовь Его Отца. Его признательность тебе превыше твоего понимания, ибо ты дал Ему возможность, освободившись от цепей, пойти с тобою вместе в дом Его Отца.
Можно легко представить себе радость Иисуса, поющего нам о конце боли. Выбор всегда был за нами, и, взяв его за руку, мы с радостью ведомы сквозь сны ужаса к благословению Любви Небес, которая принадлежит нам. И вместе с нами идут все, кто разделял эти сны, которые, как казалось, держали нас в плену цепей отчаяния и боли. Теперь они исчезли, и их место заняли соединенные и благодарные руки, которые ведут нас домой вместе, как единого Сына.
(V.9:1) Древняя ненависть уходит из мира.
В разделе «Ибо они пришли» (Т-26.IX) Иисус говорит о «древней ненависти». Слово «древняя», как оно появляется здесь и там, относится не к сновидению мира, а к ненависти разума, существовавшей в онтологический миг, вне времени, когда Сын Божий предпочел разделение единству. Тогда в мире родилась ненависть — ненависть, которой теперь приходит конец благодаря нашему прощению, укрепляющему нас по мере того, как мы поднимаемся по лестнице с Иисусом в качестве нашего учителя, проводника и друга.
(V.9:2-3) А вместе с ней уходят все лицемерие и весь страх. Более не оглядывайся назад, ибо лишь впереди лежит все то, чего всегда желало твое сердце.
Идея «не оглядываться назад» означает не смотреть глазами эго, когда Иисус говорит нам: «Не поддавайся искушению поверить в ложь, которую эго будет рассказывать тебе, чтобы укоренить тебя в сновидении. Вся она отражает некий аспект особости и боли, удерживающий Сыновство разделенным внутри себя и отделенным от своего Источника. И всё же всё, чего когда-либо по-настоящему желало твое сердце, — это пребывать в покое в своем доме в Боге».
(V.9:4-12) От мира откажись! Но не во имя жертвы. Ты никогда и не желал его. Какое счастье, найденное здесь, не принесло тебе в конечном счете боли? Какой момент блаженства не был куплен страшной ценой – разменными монетами страданий? Радость бесценна. Она – твое священное право, а то, за что ты платишь, не есть радость. Ускорь же честностью свой путь, и пусть не обманет тебя здешний опыт былых переживаний. Они не были свободны от расплаты горькой ценой и печальными последствиями.
Нам не говорят отказаться от мира из-за того, что он злой, а потому, что мы признаём его изначальное ничто (его ничтожность). В конечном счете мы понимаем, что он ничего не предлагает, потому что сам есть ничто, и поэтому концепция жертвы бессмысленна. Чем можно пожертвовать, если это нежеланно, не говоря уже о том, что этого не существует? Что потеряно, когда лишь обманчивый мир боли и страданий был нашей реальностью, чье место с благодарностью заняла истина радости Небес?
(V.10:1-4) Так не оглядывайся назад иначе как с предельной честностью. И когда идол станет искушать тебя, подумай, вот о чем:
Не было такого времени, когда бы идол принес тебе что-либо, за исключением «дара» вины. Каждый «дар» куплен ценою боли, да и расплачивался за него не ты один.
Цена вины лежит не только на нас, но и на каждом, ибо мы разделяем одну и ту же боль и усиливаем ее друг в друге, когда принимаем ее в себе. Честность, о которой просит нас Иисус, заключается в признании нашего желания той боли, которую приносит особость, потому что это позволяет нам указать обвиняющим перстом на другого, тем самым избегая наказания за свой собственный грех. Удовлетворение этой потребности является скрытой притягательностью особых отношений, чьих «даров» вины и боли мы больше не желаем.
(V.10:5-8) Тогда будь милосерден к брату своему. И идолов не выбирай бездумно, помня, что, как и ты, расплачиваться будет он. Ведь когда ты оглядываешься назад, задерживается и он, и тебе невдомек, Чью любящую руку ты держишь в своей руке. Тогда смотри вперед, иди уверенно и со счастливым сердцем, что бьется радостно в надежде, а не колотится от страха.
Мы хотим быть милосердными к другим, потому что хотим быть милосердными к себе. Если они платят цену, мы тоже должны ее платить, потому что мы едины в ненависти и в милосердии. Вспомните, что оглядываться назад означает бросаться к нашим «друзьям» — вине, страху, нападению и боли, — а взгляд вперед выражается в том, чтобы взять Иисуса за руку и подниматься по исполненной надежды лестнице прощения. Мы уже видели, что хотя мы не можем выбрать эго за других, мы способны подкрепить их выбор ложного мышления, который стоит всем нам покоя, являющегося нашим естественным наследием и единственной радостью.
(V.11:1-2) Воля Господня заключена навечно в тех, чьи руки соединены. Пока они не соединились, в их мыслях Он был им врагом.
Это символизирует сдвиг в нашей системе мышления, который происходит, когда мы выбираем Учителя, говорящего, что мы не можем пробудиться от сна в одиночку, за чужой счет, ибо скала, на которой покоится спасение, заключается в том, что никто не проигрывает и выигрывают все (Т-25.VII.12). Когда мы держимся обособленно от других, мы делаем разделение реальным, и это напоминает нам об онтологическом грехе, который требовал, чтобы нас наказал Бог — наш смертельный враг.
(V.11:3-5) Соединившись и разделяя цель, они освободились для постижения того, что воля их едина. Так Божья Воля должна достигнуть их сознания. Теперь уже им не забыть надолго, что она есть их собственная воля.
Мы вспоминаем о единстве нашей воли с Божьей, перестав видеть чужие интересы как отдельные от наших собственных. И хотя мы не можем познать Волю Бога, находясь в мире, мы действительно можем познать Ее отражение, понимая, как она служит средством нашего возвращения домой. Мы вспоминаем, что чувствуем себя лучше, когда перестаем видеть в других врагов, признавая, что ни счастье, ни боль не приходят извне разума. Усвоив, что мы все вместе поднимаемся по лестнице пробуждения (так же, как вместе спускались в ад), мы с радостью принимаем шаги прощения, которые делаем вместе с Иисусом. В конце лестницы мы вспоминаем, что мы — не отдельные мысли, поскольку разделяем не только общую цель, но и общее Истинное Я. Это памятование уводит нас целиком за пределы мира идолов к единому Истинному Я, которое мы оба разделяем и которым являемся.
Заключение
Завершая эту часть, мы возвращаемся к разделу «За всеми идолами», который прекрасно намечает то, чего мы можем ожидать, когда признаем, что являемся одной Мыслью в Разуме Бога — Мыслью, которая никогда не покидала свой Источник:
(III.8) Помыслы Божьи сияют вечно вне всяких перемен. Они не дожидаются рождения. Только радушного приема и памяти ждут они. Мысль Божья о тебе похожа на звезду, сияющую неизменно на вечном небосклоне. Так высоко в Царство Небесное помещена она, что те, кто вне его, о ней не знают. Но, неподвижная, и светлая, и восхитительная, будет она всегда светить в вечности. Такого не было момента, когда бы она исчезла, и не было такого мига, когда бы свет ее померк или стал менее совершенным.
Только это и есть наша истина: вечный дух Божьего Сына навсегда неизменен. Его сияющая реальность в Боге терпеливо ждет нашего решения пробудиться от преходящих снов смертности. Как говорит текст: «Любовь ждет гостеприимства, а не времени...» (Т-13.VII.9:7).
(III.9) Знающие Отца знают и этот свет, ибо Он – вечный небосклон, хранящий свет навечно вознесенным и надежно установленным. Его нетронутая чистота не зависит от того, виден или не виден он с земли. Небо мягко держит его в своих объятиях в надежном месте, столь же далеком от земли, как далека земля от Рая. Не расстояние и не время хранят звезду невидимой земле. Но те, кто ищет идолов, не могут о ней знать.
Иисус напоминает нам, что опыт отделения от нашего Источника — это лишь праздный сон, в который решило поверить наше безумие. И всё же это сумасшествие не оказало никакого влияния на нашу реальность как совершенной Божьей Мысли Любви, надежно хранимой в ослепительном свете Истинного Я нашего Творца — Небесном своде, которое вечно хранит единственную звезду Бога в Своем Сердце.
(III.10) За всеми идолами – Мысль Божья о тебе. Не тронутая ни смятением, ни ужасами мира, ни снами рождения и смерти, ни мириадами различных форм, в которые способен облечься страх, ничем не потревоженная, Мысль Божья о тебе осталась в точности такой, какой была всегда. Она уверенно покоится среди столь совершенной тишины, что звуку битвы даже отдаленно к ней не пробиться. Здесь сохранялась в безопасности твоя единственная реальность, не знающая ничего о мире идолопоклонства, о мире, не ведающем Бога. Уверенная в собственной неизменности и пребывании в своем вечном доме, Мысль Божья о тебе не оставляла Разум своего Творца, Которого она знает, как знает о ее присутствии ее Творец.
Неизменная реальность Небесной звезды навсегда защищена от безумных снов эго об отчаянии и смерти. Поскольку Мысль, являющаяся нашим Истинным Я, никогда не покидала свой Источник, как мог бы несуществующий мир, который никогда не покидал свой несуществующий источник, повлиять на наш совершенный покой? Кстати, этот абзац послужил вдохновением для «Пробуждения в Безмолвии» — одного из самых прекрасных стихотворений Хелен (из сборника «Дары Бога», стр. 73).
(III.11) Где же быть Божьей Мысли о тебе, если не там же, где и ты? Разве твоя реальность — это нечто отдельное от тебя, находящееся в мире, о котором твоя реальность ничего не знает? Нет вне тебя ни вечного небосклона, ни неизменной звезды, ни реальности. Разум Сына Небесного – на Небесах, ибо там Разум Отца и разум Сына соединены в творении, не знающем конца. Тебе присущи не две реальности, а лишь одна. И осознать ты в состоянии не более одной. Твоя реальность есть либо идол, либо Мысль Божья о тебе. Тогда не забывай, что идолы должны держать сокрытым то, что ты есть, не от Господня Разума, а от твоего. В спокойствии звезда сияет, и остается неизменным небо. Но ты, святой Сын Бога Самого, не осознаёшь своей реальности.
Мы долго готовились к завершению путешествия, к главе 31, когда мы наконец вспомним, Кто мы есть, забыв дуалистический мир эго, полный разделения, потерь и смерти. Взглянув еще раз на идолов особости, мы скажем и будем иметь это в виду: «Это безумие». Наши иллюзии мягко растворяются в ничто, оставляя лишь Мысль, которую Бог хранит о нас как истину — «Разум Небесного Сына пребывает на Небесах». Мы почти дома, где сияющая звезда Божьей Любви тихо пребывала до тех пор, пока наши глаза не смогли открыться для ее вечного Истинного Я. Мы готовы к заключительной части нашей симфонии, к окончательному видению, которое проведет нас сквозь последние завесы иллюзий к истине нашей реальности.
|
|
|
|
