Многие темы доступны после авторизации.
[ Правила форума • Обновленные темы • Новые сообщения • Участники • Поиск • RSS ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Форум самопознания и просветления » Ленточный вариант форума
Новые сообщения
pro-svet Дата: Среда, 15.07.2026, 15:50 | Сообщение # 1
Форум: ОБСУЖДЕНИЕ СТАТЕЙ | Тема: Путешествие по Тексту Курса Чудес, Кеннет Уопник
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 6108
Репутация: 172
Статус: Offline
 (I.10:1–11:4) Так ты достиг поворотного момента, ибо тебе открылось, как много ты выигрываешь, если твое решение было неверным. Пока же эта веха не достигнута, ты будешь верить, что счастье находится в прямой зависимости от твоей правоты. Но хотя бы малая доля здравого смысла тебе открылась: гораздо лучше, если ты был неправ.

(6) Этой крупицы мудрости будет достаточно, чтобы повести тебя дальше. Ты не испытываешь принуждения, просто надеешься получить то, чего желаешь. И можешь сказать с предельной честностью:

Желаю я увидеть это по-другому.

Признав радостный факт, что наш путь не работает, мы наконец-то открыты для иного пути, даже если не уверены, в чем именно он заключается. Это мотивирует нас признать наше ошибочное решение и принять правильное, сделав выбор в пользу истинного учителя и его системы мышления прощения. Мы готовы к седьмому и последнему шагу:

(I.11:5–12:4) Теперь ты изменил свой взгляд на этот день и вспомнил, чего действительно желаешь. Цель его более не заслоняется безумной верой, что ты желал его лишь с целью быть правым, когда ты неправ. И так готовность попросить привносится в твое сознание, ибо не может быть конфликта, если ты просишь о желанном и видишь, что это именно то, о чем ты просил.

(7) Этот последний шаг – не что иное, как признание отсутствия сопротивления помощи. Это признание непредвзятого ума, еще не полностью уверенного, но согласившегося на показ ему того, что:

Возможно, к этому есть и другой подход.

Что потеряю я, спросив?

Мы начинаем осознавать, где именно мы сбились с курса (уж простите за каламбур), когда захотели, чтобы неправ был не только Бог, но и все остальные. Мы приносили в жертву других, чтобы получить желаемое («один или другой»), и теперь наконец видим, как это не принесло нам ничего, кроме страданий и боли. Готовность принять исправление позволила нам отразить святой миг Хелен и Билла, когда они согласились найти другой путь. Что же мы тогда можем потерять, ведь мы понимаем, по меньшей мере, что этот другой путь не может быть хуже нашего собственного? Покой, которого мы желаем превыше всего остального, может быть достигнут только через искреннюю просьбу к Иисусу о помощи, тот «единственный недвусмысленный зов», которого он так долго ждал (Т-4.III.7:10).

(I.12:5-6) Теперь ты можешь задать осмысленный вопрос, поэтому осмысленным будет и ответ. И ты не станешь ему противиться, ибо увидишь, что именно к тебе приходит помощь.

Что еще имеет смысл, если не искренняя просьба о помощи Учителя, Который предлагает нам лишь то, чего мы действительно хотим? Осознав абсолютное безумие поисков покоя там, где его невозможно найти, мы теперь просим о помощи в устранении суждений, стоящих на пути нашего истинного поиска и истинного обретения.

(I.13:1-4) Должно быть ясно, что легче прожить счастливый день, если не дать несчастью войти в него. Для этого, однако, необходима практика в тех правилах, которые оградят тебя от приступов страха. Когда это достигнуто, печальный сон суждения навеки отменен. Пока же тебе необходимо тренироваться в правилах, способствующих его отмене.

Иисус призывает нас практиковать его учение, которое невозможно усвоить на одном лишь интеллектуальном уровне. Принцип прощения, или отказа от суждений, должен применяться изо дня в день, с утра до вечера. Это возвращает нас к первому правилу: мы не можем принимать решения самостоятельно и при этом быть счастливыми. Решение в пользу эго — это выбор суждения и страха, в то время как принятие направляющей руки Иисуса освобождает нас от горя и боли.

(I.13:5–14:9) Тогда давай вернемся к самому первому решению, предложенному здесь.

Мы говорили, что счастливый день необходимо начинать, твердо решив не принимать самостоятельных решений. А это кажется реальным решением само по себе. И всё же ты не можешь принимать решений сам. На самом деле вопрос лишь в том, с чьей помощью ты намерен их принимать. И это всё. Первое правило, таким образом, не принуждение, а простое утверждение простого факта. Что бы ты ни решал, ты никогда не принимаешь решений сам. Решения принимают либо с идолами, либо с Богом. За помощью ты обращаешься либо к антихристу, либо к Христу, и тот, кого ты выбрал, с тобой соединится и будет говорить тебе, что делать.

Здесь Иисус подытоживает свое обсуждение, возвращая нас к началу. Мы не можем принимать решения самостоятельно, потому что они должны приниматься либо с Богом, либо с эго. Это непреложное правило разделенного разума, ибо как только мы допускаем мысль о разделении, наши разделенные разумы должны выбирать между истиной и иллюзией — решение, которое определяет все последующие мысли и действия. Кстати, мотив «простой констатации простого факта» — один из любимых у Иисуса, поскольку он используется еще дважды (Т-26.III.4:5; У-чI.77.6:7).

(I.15) Твой день не складывается как попало. Он обусловлен тем, с кем ты намерен его прожить и как твой друг, чьего совета ты искал, воспринимает твое счастье. Ты всегда просишь совета, прежде чем что-либо решить. Постарайся это понять, и ты увидишь, что здесь не может быть ни принуждения, ни основания для сопротивления твоей свободе. От того, что должно произойти, свободы нет. Если ты думаешь иначе, должно быть, ты неправ.

Иисус развенчивает мирской миф о том, что события происходят вне нашего контроля, что мы являемся жертвами сил, находящихся за пределами наших разумов. Истина в том, что только мы сами являемся сновидцами нашего мира снов, и мы можем быть свободны лишь от решения в пользу того советника, который привел нас сюда и позаботился о том, чтобы мы никогда не проснулись. Чтобы осуществить этот радостный факт освобождения, нам нужно лишь вернуться к принимающему решения разуму и выбрать другого Учителя. «Как просто спасение!» (Т-31.I.1:1). Мы готовы вернуться ко второму правилу:

(I.16:1-3) Второе правило также есть просто факт. Ведь ты и твой советник должны быть согласны в том, чего ты хочешь, прежде чем это сможет осуществиться. Именно это согласие и разрешает всему произойти.

Разум сначала выбирает эго или Святого Духа в качестве своего советника. Из этого решения вытекает всё остальное, ибо это наш сон. Ничто не может произойти в нашей жизни без того, чтобы мы сначала не выбрали учителя. Выбираем ли мы сны нападения и страха, которые укрепляют сон о разделении, или счастливые сны о прощении, которые пробудят нас от этих кошмаров? Иного выбора не существует.

(I.16:4-7) Ничто не происходит без некой формы союза либо со сном суждения, либо с Голосом, Вещателем Божьим. Решения приводят к результатам, поскольку их не принимают в изоляции. Ты принимаешь их со своим наставником как для себя, так и для мира в целом. Желанный тебе день ты предлагаешь миру, ибо он будет таким, какого ты просил, и укрепит в мире власть твоего наставника.

Решения принимаются «так же и для мира», потому что разумы соединены. Любое принимаемое нами решение укрепляет решения других: либо усиливая их эго, либо помогая им признать ошибочность решения ложного мышления, поскольку наш выбор святого мига сделал нас символом верного мышления. Мы не можем выбирать за других, но поскольку мы едины, наше присутствие в разуме поддерживает их процесс принятия решений: Бога или эго.

(I.16:8-9) Чье царство представляет мир для тебя сегодня? Какого рода день решаешь ты иметь?

Здесь мы снова возвращаемся к первоначальной точке выбора, когда мы выбрали не того царя и служили не в том царстве. Мир времени и пространства — следствие этого решения, принятого не единожды, а каждое мгновение каждого дня, поскольку время не линейно. Постоянно выбирая эго, мы вновь и вновь разыгрываем тот нечестивый миг, когда «ужас занял место любви» (Т-26.V.13:1). Однако, когда мы осознаём, что всё негативное в нашей жизни происходит потому, что наш разум выбрал вину, мы можем исправить эту причину, выбрав прощение вместо суждения. Иисус просит нас спросить себя: счастливы мы или расстроены, полны покоя или находимся в конфликте? Проще говоря, он хочет, чтобы мы осознали, что наш опыт проживания этого дня является прямым результатом его источника — решения разума в пользу Святого Духа или эго.

Интересная вещь происходит между 16 и 17 абзацами: шаг принятия решения в пользу Святого Духа не озвучен, хотя он явно подразумевается. Радость прощения, которая была приведена в действие этим решением здравого разума в пользу чуда, теперь становится предметом нашего разговора.
pro-svet Дата: Среда, 15.07.2026, 15:47 | Сообщение # 2
Форум: ОБСУЖДЕНИЕ СТАТЕЙ | Тема: Путешествие по Тексту Курса Чудес, Кеннет Уопник
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 6108
Репутация: 172
Статус: Offline
 Второе правило:

(I.4) (2) В течение дня, в любое время, когда об этом вспомнишь и выдастся спокойная минута для размышлений, напомни себе снова, каким бы ты хотел увидеть этот день, какие чувства испытать, каким событиям желал бы произойти, какого рода опыт пережить. Скажи себе:

Если я воздержусь от самостоятельных решений, такой день будет подарен мне.

Эти два приема, тщательно практикуемые, позволят тебе следовать наставлениям без страха, чтобы не возникало сопротивления, которое, возникнув, становится впоследствии проблемой само по себе.

Нельзя не повторить, что Иисус не говорит о форме, например, о желании получить повышение на работе или о том, чтобы отношения развивались так, как нам хочется. Его внимание всегда сосредоточено на состоянии нашего разума, поскольку кроме него ничего нет. Даже посреди яростной атаки эго мы можем вспомнить: если мы злимся, тревожимся или чувствуем боль, должно быть, именно это мы и выбрали чувствовать, потому что это наш сон. Это осознание исходит из места здравомыслия в нашем разуме, которое понимает, что это было не самое лучшее решение. Таким образом, причина страха — наша вера в разделение — отменяется через наш выбор в пользу Иисуса и его покоя вместо системы мышления эго, основанной на конфликте и смерти.

(I.5:1-3) Конечно, будут и такие времена, когда ты вынесешь суждение сам. Тогда ответ спровоцирует атаку, если ты вмиг не приведешь в порядок мысли, настроив их на желание действенного ответа. Вне всякого сомнения, подобное произойдет, если ты не ощущаешь готовности к тому, чтобы тихо сесть и попросить ответа.

Нам нужно осознавать, насколько сильно мы не хотим ответа Иисуса, а вместо этого тайком хотим получить свои собственные ответы на наши вопросы под видом просьбы о его помощи. Можно сказать, что для нашего эго Иисус — это кукла, а мы — чревовещатели, вкладывающие в нее свой голос так, чтобы манекен озвучил тот особый ответ, который был тайно продиктован и скрыт от посторонних глаз. Чем лучше мы сможем осознавать эту тонкую динамику эго, тем легче нам будет отбросить наши защиты против любви, признав, что наша особость не работает и что его ответ — единственное, чего мы на самом деле хотим.

(I.5:4-5) Это лишь означает, что свое решение ты принимал один и не способен увидеть сам вопрос. Теперь необходимо быстро восстанавливающее средство, прежде чем снова попросить ответ.

Мы видим, как правила, следующие за первым, представляют собой попытки вернуть нас к изначальному правилу: принимать решение вместе со Святым Духом, а не с эго. Важно, чтобы дискомфорт от выбора нашего ложного мышления не рационализировался, а рассматривался как та ошибка, которой он и являлся. Только тогда наши разумы могут быть возвращены к здравомыслию и рассудку.

(I.6:1-2) (3) Припомни снова, какого хочешь дня, и согласись, что нечто, не принадлежащее ему, произошло. Затем признайся, что ты задал вопрос сам и сам же обусловил ответ.

Это отсылка к просьбам к Святому Духу о специфической (конкретной) помощи: это наш вопрос, который требует нашего же ответа. Поскольку этот важный момент был упущен из виду очень многими учениками, Иисус продиктовал Хелен «Песнь Молитвы» через год после публикации «Курса Чудес». Там он подчеркнул ту же мысль, которую мы находим здесь: его курс не о том, чтобы просить о конкретном; то есть не о том, чтобы просить дать нам фрагменты песни — наших особенных идолов — якобы с целью вспомнить саму неспецифическую песню любви (ПМ-1.I). Вот вопрос, который мы должны себе задать: «Хочу ли я день, в котором мои идолы дадут мне то, что, как мне кажется, мне нужно, или же день, который поможет мне выйти за их пределы?» Далее следует третье правило:

(I.6:3-6) Тогда скажи:

У меня нет вопроса. И я забыл, что должен был решить.

Это аннулирует поставленные тобой условия и позволит ответу показать тебе, каким в действительности должен был быть вопрос.

Мы начинаем понимать, что если мы расстроены, то это потому, что мы выбрали эго вместо Святого Духа. Вспомните гораздо более раннее обсуждение шагов, которые Иисус дает нам, когда мы обнаруживаем, что лишились покоя, начиная с «Я, должно быть, принял неверное решение, поскольку я не в покое» (Т-5.VII.6:7). Это позволяет нам переключить внимание с особости, которая, как мы думали, нужна нам для счастья, на нашу потребность простить, что поможет нам обрести покой, которого мы действительно хотим.

(I.7) Старайся, вопреки своему сопротивлению, без промедления освоить это правило. Ведь гнев уже заклокотал в тебе. Боязнь ответа, не совпадающего с тем, какой предполагался твоей версией вопроса, будет расти, пока ты веришь, что желаешь дня, в котором получаешь свой ответ на свой вопрос. Ты его не получишь, иначе он разрушил бы твой день, лишив тебя того, чего ты действительно желаешь. Это довольно трудно осознать, если ты сам уже установил те правила, которые обещают тебе счастливый день. Но это решение всё еще можно устранить простыми методами, которые ты в состоянии принять.

Гнев возникает из-за того, что наш день идет не так, как надо, даже если мы думали, что поступили правильно, попросив Иисуса о помощи. Поскольку мы верим, что в нашем несчастье виноват он, мы должны осознать, как мы сами загнали себя в ловушку. Попав в ловушку эго, независимо от того, какой ответ мы «слышим», мы будем верить, что наша вина реальна, а наказание оправдано. Мы в очередной раз узурпировали роль истины, приняв собственный ответ на собственный вопрос, хитроумно стирая истинный ответ прощения на проблему разделения. Переживание причинно-следственной связи между нашим несчастьем и ошибочным решением разума позволяет нам отменить его и подводит нас к четвертому правилу:

(I.8:1-2) (4) Если твое сопротивление получению ответа настолько велико, что ты не в силах отказаться от своего вопроса, можно начать изменять свою точку зрения так:

По крайней мере, я могу решить, что мне неприятны нынешние ощущения.

Если мы не можем по-настоящему изменить свой разум, мы можем хотя бы осознать, что у нас нет покоя. Возможно, мы еще не готовы вернуться к принимающему решения, где была совершена ошибка, но мы можем по крайней мере признать, что больше не хотим мириться с депрессией, гневом и страхом. Это подводит нас к пятому правилу:

(I.8:3–9:2) Это вполне очевидно и подготавливает почву для следующего простого шага.

(5) Решив, что тебе неприятны нынешние ощущения, ты можешь легко продолжить:

Поэтому я надеюсь, что был неправ.

Это ключевой шаг. Вспомните вопрос Иисуса к нам: «Ты предпочитаешь быть правым или счастливым?» (Т-29.VII.1:9). Мы все хотим быть правыми; иначе нам пришлось бы признать свою неправоту не только в каком-то конкретном вопросе, но и в первоначальном решении отделиться. Быть неправым делает само наше существование ошибкой, вот почему нам нужно доказывать неправоту других людей, настаивая на своей правоте. Это безумие служит мнимым свидетельством истинности нашего невинного и особого «я».

(I.9:3-4) Это ослабит ощущение противодействия и напомнит, что помощь не была навязана тебе, что ты ее желаешь и в ней нуждаешься, поскольку недоволен своими чувствами. Этой приоткрывшейся малой щели будет достаточно, чтобы позволить тебе сделать еще несколько шагов, необходимых для принятия помощи.

Это возвращает нас к ранней теме в нашей симфонии, где Иисус говорил о конфликте, который возникает, когда то, что мы делаем, вступает в противоречие с тем, чего мы хотим (Т-2.VI.5-6). Например, даже если мы делаем для другого что-то правильное и любящее, мы ненавидим того, кому помогаем; или мы выручаем кого-то из трудной ситуации, но возмущаемся навязанным бременем, которое, как мы верим, Иисус возложил на нас. Другими словами, на самом деле мы не хотим вести себя альтруистично, но поступаем так, потому что это считается духовным. Другой иллюстрацией этой динамики может быть нежелание выполнять уроки из Рабочей тетради, считая их глупыми и непрактичными, но раз Иисус считает, что мы должны, мы их делаем. Тем не менее, наше сопротивление прорывается наружу, например, когда мы забываем об уроках в течение дня. Очевидно, что исцеление никогда не сработает, пока мы испытываем подобный конфликт. Нам нужно осознать, что то, что мы делаем — глупо и непрактично, и признать, что мы бы предпочли оказаться неправыми, лишь бы стать счастливыми. Это позволяет нам перейти к шестому правилу на нашем обратном пути к первому правилу, которое нас исцелит:
pro-svet Дата: Среда, 15.07.2026, 15:41 | Сообщение # 3
Форум: ОБСУЖДЕНИЕ СТАТЕЙ | Тема: Путешествие по Тексту Курса Чудес, Кеннет Уопник
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 6108
Репутация: 172
Статус: Offline
 Процесс принятия решений

Мы начинаем с Введения к главе, а затем переходим к ее первому разделу — «Правила принятия решений». В отличие от других разделов в заключительных частях нашей симфонии, которые написаны все более красивым белым стихом, этот имеет иную тональность. Хотя он также написан пятистопным ямбом, его язык не приближается к возвышенной поэзии соседних текстов. Поскольку его форма и содержание ближе к Рабочей тетради, похоже, что Иисус давал Хелен и Биллу намек на следующую книгу, которую им предстояло записать.

Тема «Правил принятия решений» — это наше осознание того, что у нас есть разум, обладающий способностью выбирать, и, само собой разумеется, мы были бы куда счастливее, выбрав Святого Духа в качестве нашего Партнера по принятию решений. Впоследствии Иисус возвращается к прекрасному языку, который несет нас к славному завершению нашего путешествия, проходящему по верхним ступеням лестницы Искупления. Таким образом, этот раздел можно рассматривать как интерлюдию, в которой Иисус конкретно говорит нам, что нужно делать, чтобы возвестить о «новом начале» смены учителей, узнав, какими радостными станут наши дни, когда мы прислушаемся к его мягкому руководству и наставлениям.

(Вв.1:1-5) Новому началу уделяется теперь основное внимание в нашем учебном плане. Цель ясна, и сейчас тебе необходимы конкретные методы для ее достижения. Как скоро она осуществится, зависит только от одного условия: твоей готовности практиковаться в каждом шаге. Каждый из них будет немного помогать всякий раз, как совершается попытка. А все вместе они поведут тебя от снов суждения к прощающим снам и прочь от страха и страданий.

Ясная цель состоит в том, чтобы усвоить урок общих интересов, перестав преследовать отдельные интересы — то есть перестать добиваться удовлетворения наших потребностей за счет Бога и Его Сына. Рабочая тетрадь, в особенности Часть I, направлена на то, чтобы мы практиковали урок дня, каждый из которых по-своему отражает тему слушания Голоса Святого Духа вместо голоса эго. Нашему новому Учителю нужна лишь наша готовность пройти с Ним через сны суждения, которые Он трансформирует в счастливые или прощающие сны — ступени на пути к конечной цели полного выхода из сновидений.

(Вв.1:6) Сами шаги уже не внове для тебя, но остаются скорее идеями, нежели правилами твоего мышления.

Иисус говорит нам, что хотя у нас может быть интеллектуальное понимание этих правил и принципов, нам необходимо применять их на практике. Он призывает нас в те моменты, когда наши мысли отступают к особости эго, быть настолько усердными, насколько это возможно, чтобы присоединиться к его светильнику прощения, который рассеивает любое суждение. Наша ежедневная практика способствует этой интеграции интеллекта и опыта, которая поднимает нас над миром и возвращает домой.

(Вв.1:7-8) Поэтому теперь какое-то время нам надо практиковаться в них, пока они не станут правилами, которыми ты руководствуешься в жизни. Наше стремление – обратить их в привычки, чтобы всегда иметь наготове в случае необходимости.

Иисус ссылается на понятие «сверхобучения» (заучивания до автоматизма) — психологическую концепцию, которая появляется позже (Т-31.I,III). Это означает изучать что-то снова и снова, пока оно не станет второй натурой. В этом смысле мы уже заучили до автоматизма уроки эго, что теперь делает необходимой осознанную ежедневную практику, которая отменит веру в ложь эго. Иисус просит нас быть бдительными к искушениям эго выбрать разделение и суждение вместо единства и прощения. С этой целью он дает семь правил принятия решений в качестве помощи в нашей практике, хотя на самом деле существует только одно; остальные правила существуют лишь для того, чтобы помочь нам, когда мы забываем первое.

(I.1:1-2) Принятие решений происходит непрерывно. Ты не всегда осознаёшь, когда их принимаешь.

Каждое мгновение наши разумы делают выбор в пользу эго или Святого Духа — решения, которые принимаются вне времени, хотя и отражаются во временном мире, в котором мы, как нам кажется, живем. Цель этого раздела, не говоря уже о самом Курсе, состоит в том, чтобы мы всё больше осознавали разум, который принимает эти решения (а не мозг тела), ибо эго держало это вне нашего осознания. Разоблачая завесы особости, чтобы мы могли пройти сквозь них, «Курс Чудес» помогает нам понять цель мира в сокрытии этой принимающей решения части нас самих.

(I.1:3) Но с некоторой практикой в тех решениях, которые ты осознаёшь, начнет формироваться установка, настрой, который проведет тебя через все остальные.

Иными словами, мы начинаем понимать, что чувствуем себя несчастными, когда решаем видеть в других врагов или когда создаем проблемы из ничего. «Настрой» или «установка» (set) — это психологический термин, который здесь означает образ мышления (mindset). Цель Курса, в частности в Рабочей тетради, состоит в том, чтобы помочь сформировать образ мышления, который рассматривает все ситуации как возможности заглянуть внутрь себя, когда мы просим Иисуса помочь нам осознать, что всё воспринятое нами в мире является иллюзорным следствием решения разума. Поэтому наш старший брат побуждает нас начать путешествие в лишенном разума теле, где, как мы думаем, мы находимся, чтобы через свое чудо привести нас в разум, где мы находимся на самом деле.

(I.1:4) Нецелесообразно позволять себе зацикливаться на каждом своем шаге.

В этом практичном и мягком руководстве Иисус говорит нам не доводить нашу ежедневную практику до абсурда. Нет необходимости присматриваться к каждой своей мысли. Например, нам не нужно обдумывать, как мы намазываем маслом утренний тост. Мы просто мажем тост и продолжаем свой день. В противном случае мы будем бессознательно использовать это кажущееся усердие как отвлечение, защищаясь от мыслей нападения, к которым нам действительно следует быть бдительными, чтобы увидеть в них причину пагубных последствий, которые ежедневно отравляют нашу жизнь и приносят боль нам и другим.

(I.1:5) Правильный настрой, принимаемый сознательно каждый раз при пробуждении, продвинет тебя далеко вперед.

Каждое утро мы открываем глаза с этой радостной мыслью: «Это еще один день, когда я могу посещать школу прощения Иисуса». Его школа — это классная комната, которой является наша жизнь, где нас наставляет наш недавно выбранный учитель. Он использует учебный план наших особых отношений в качестве основы, в рамках которой показывает нам, что то, что мы испытываем снаружи, является проекцией того, что мы сначала сделали реальным внутри. Без внешних форм этих уроков у нас не было бы возможности распознать разум, сделавший неправильный выбор. Мы становимся счастливыми учениками (Т-14.II), потому что теперь мы просыпаемся с радостью, ожидая событий дня, которые научат нас тому, как быть по-настоящему счастливыми. Однако, когда мы открываем глаза с мыслью: «Проклятье, наступает еще один тоскливый день», это происходит потому, что мы не хотим усваивать уроки Иисуса, предпочитая вместо этого страдания. Тем не менее, даже это может стать позитивным опытом, если мы увидим, что это фокусирует наше внимание на нашем сопротивлении обучению, что в свою очередь проливает свет на нашу потребность в помощи, о чем мы читаем дальше:

(I.1:6-7) Но если обнаружится, что сопротивление твое сильно, а преданность слаба, – ты не готов. С собою не борись.

Это последнее утверждение выделено курсивом, чтобы подчеркнуть его крайнюю важность. Иисус говорит нам не бороться с эго, а просто признать свой страх: «Мое эго со мной, и у меня будет скверный день, который в своем безумии я всё еще лелею». Если мы сможем посмотреть на этот выбор ложного мышления без осуждения, мы уже добьемся многого.

Не борись с собой: Мы не заставляем себя делать шаг, который слишком боимся сделать, шаг, который, как мы полагаем, нам не поможет. Отсюда следует, что мы не должны пытаться делать что-то только потому, что считаем это духовным, например, медитировать или делать урок из Рабочей тетради. Мягкое давление может быть полезным, но борьба с эго только делает его сильнее, в чем и заключается смысл известного библейского предписания «не противься злому» (От Матфея 5:39). Когда мы сопротивляемся злу, мы наделяем реальностью его иллюзорную природу. Если бы этот урок был по-настоящему усвоен, войн бы не было, ибо сопротивление эго лишь укрепляет его слабую систему мышления о внешней силе, которую мы магическим образом рассчитываем отменить с помощью противостояния и силы.

(I.1:8-9) Подумай, каким бы ты хотел увидеть этот день, скажи себе, что существует путь осуществления задуманного. А после снова попытайся сделать свой день таким, каким тебе хотелось бы его видеть.

Иисус говорит не о дне, когда мы выигрываем в лотерею или когда объект нашей любви призывно улыбается нам. Скорее, он имеет в виду день, в который мы усваиваем счастливые уроки того, что значит быть прощенным — источник истинной радости.

Теперь первое правило:

(I.2) (1) Формирование перспективы на день начнется так:

Сегодня я не принимаю решений сам.

Иначе говоря, ты предпочел не быть судьей тому, что нужно делать. Но это также должно означать, что ты не станешь судить и те ситуации, в которые будешь позван для принятия решения. Ведь если ты их судишь, то устанавливаешь и правила своей реакции на них. Тогда любой другой ответ вызовет замешательство, и неуверенность, и страх.

Иисус предостерегает нас от принятия решений вместе с эго — мысль, к которой мы вернемся в конце раздела. Мы думаем, что знаем, как для нас лучше, а затем просим Иисуса помочь нам получить то, чего мы хотим. Так происходит даже тогда, когда наша просьба кажется альтруистичной, например, когда мы просим его исцелить близкого человека. Но как мы можем по-настоящему судить о том, что отвечает интересам другого человека, не говоря уже о наших собственных? Такое знание предполагает осведомленность о пути Искупления каждого вовлеченного в ситуацию человека — в прошлом, настоящем и будущем (см., например, Руководство для учителей, Р-10). Мы высокомерно ищем помощи после того, как уже вынесли суждение о том, каким должен быть ответ. И это неизбежно вступает в противоречие с истинным ответом прощения, который содержится в нашем здравом разуме. Путаница, неуверенность и страх являются неизбежным результатом такого конфликта и вопиющего безумия.

(I.3) В этом сейчас твоя главная проблема. Ты всё еще сначала решаешь сам, и после этого ты вопрошаешь, что нужно делать. И то, что ты услышишь, может не решить проблему, какой ты ее воспринял изначально. А это приводит к страху, поскольку противоречит воспринятому тобой, и, таким образом, ты чувствуешь атаку на себя. Как следствие, возникнет гнев. Есть правила, следуя которым этого можно избежать. Но поначалу, пока ты учишься слушать, именно так оно и происходит.

Мы все — эксперты в этой уловке эго. Именно по этой причине Иисус говорит нам не просить о специфической (конкретной) помощи, которая удержала бы нас на нижней ступени лестницы. В начале своего пути, безусловно, полезно чувствовать, что Иисус рядом, чтобы помочь на любом конкретном уровне, который, как мы верим, требует его помощи. Тем не менее, это не продвинет нас очень далеко, ибо, когда мы просим о чем-то специфическом, мы высокомерно заявляем ему, что знаем, в чем заключается проблема, и тем самым требуем, чтобы он решил проблему, которую мы для него определили. При таком подходе мы никогда не сможем признать, что реальная проблема заключается в самой нашей вере в то, что у нас есть проблема. Поскольку это не тот ответ, который эго хочет услышать, оно нападает на нас за нарушение данного ему обещания. Не осознавая своего страха перед выбором против эго, мы проецируем это воспринимаемое предательство на других, которых осуждаем за наш тайный грех и которых затем боимся из-за их предполагаемых нападений на нас.
pro-svet Дата: Среда, 15.07.2026, 15:37 | Сообщение # 4
Форум: ОБСУЖДЕНИЕ СТАТЕЙ | Тема: Путешествие по Тексту Курса Чудес, Кеннет Уопник
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 6108
Репутация: 172
Статус: Offline
 Цель

Тема цели находится в центре внимания раздела «Новая интерпретация». Акцент делается не на отказе от мира идолов — наших особых привязанностей к телу, — а на том, чтобы научиться распознавать цель эго, дабы мы могли увидеть, что идолы не приносят нам никакой пользы. Только тогда наши разумы смогут открыться для другой цели их существования.

(VII.1:1-5) Разве доверил бы Господь смысл мира твоей интерпретации? Случись такое, в нем не было бы смысла. Ведь невозможно, чтобы смысл менялся постоянно, при этом оставаясь истинным. Святой Дух смотрит на мир как на имеющий одну и установленную неизменно цель. И никакая ситуация не может на нее влиять, она должна быть в полном соответствии с ней.

Именно мы выбираем цель и смысл мира, а не наоборот. Мысль Иисуса заключается в том, что, хотя по содержанию мы разделяем одну и ту же цель (выбирая убийство как средство достижения наших особых целей), по форме это не так. Поскольку цель разума для тела состоит в том, чтобы выиграть за счет другого тела, то смысл этому миру придает всё, что позволяет нам одержать верх над другим. Кроме того, одних вдохновляет одно, а других — что-то иное; например, некоторые верят, что их цель — быть бедными, и это приблизит их к Богу, тогда как другие убеждены, что богатство и успех — это те цели, которые поставили перед ними Небеса. У каждого из нас разные предпочтения, и наша цель — достичь того, что, как мы думаем, удовлетворит наши потребности. Эти индивидуальные цели и придают нашему спроецированному миру весь тот смысл, которым он обладает.

Несмотря на эти специфические различия, нас объединяет основополагающая цель разума — доказать, что Бог ошибается, а эго право. Иисус помогает нам увидеть, что истинный смысл и истинная цель должны быть едины (прощение), потому что истина едина (любовь). Когда мы видим здесь более одного смысла, мы знаем, что за дело взялось эго. Каждая встреча становится святой (Т-8.III.4:1), потому что все ситуации могут служить единственной цели — помочь нам вспомнить наше святое Истинное Я. Воспринимая мир как экран, на который мы проецируем наши «тайные грехи и скрытую ненависть» (Т-31.VIII.9:2), мы даем себе шанс переоценить их, осознавая, что эти мысли исходят из решения разума, которое теперь мы можем с радостью изменить.

(VII.1:6-8) Ведь если бы цель мира менялась с каждой ситуацией, она была бы открыта толкованию, иному всякий раз, когда ты думаешь о ней. Ты добавляешь новый элемент к сценарию, который пишешь на каждую минуту дня, – и всё происходящее приобретает другой смысл. А удалишь какой-то элемент – изменится соответственно и смысл.

Этот отрывок иллюстрирует безумие системы мышления эго, основанной на дифференциации и изменениях. В мире эго нет надежности; само его существование зависит от нестабильности, поскольку оно началось с нестабильной мысли о разделении. Это непостоянство смысла исчезает, когда наши разумы меняют учителей, позволяя свету прощения дать нам тот смысл, который сохранится до тех пор, пока мы не вспомним свой Смысл на Небесах.

(VII.2) Что отражают твои сценарии, если не планы того, чем должен быть твой день? На этом основании ты судишь и поражение, и успех, движение вперед и отступление, приобретение и потерю. Эти суждения обусловлены ролями, обозначенными сценарием. Что сами по себе они бессмысленны, доказывается той легкостью, с которой эти ярлыки меняются в иных суждениях на основании других аспектов опыта. Затем, оглядываясь назад, ты думаешь, что видишь совсем другое объяснение происшедшему. Что ты на самом деле сделал, если не показал, что в этом и не было никакого смысла? Ты же приписывал ему смысл в свете изменчивых целей, и с каждой измененной целью менялся смысл.

Как мы вскоре увидим, сначала мы решаем, какой день мы хотим получить — полный покоя или конфликтов, — а затем воспринимаем события либо как способствующие, либо как препятствующие достижению этой цели. Следовательно, смысл кроется не в самих специфических формах, а в той цели, которой разум их наделяет. Вот почему наше восприятие людей, объектов и ситуаций, не говоря уже о наших реакциях на них, столь изменчиво. Тот факт, что наши потребности постоянно меняются, демонстрирует изначальное отсутствие смысла у того значения, которым мы наделили мир. Лишь неизменная цель прощения отражает единственный смысл Небес — любовь, даруя нашему опыту здесь стабильность и постоянство:

(VII.3) Лишь неизменная цель может придать событиям стабильный смысл. Но она должна придать единый смысл им всем. Если им придается разный смысл, значит, они отражают разные цели. И в этом весь их смысл. Но смысл ли это? Разве смысл означает путаницу? Восприятие, меняясь непрестанно, не допускает стабильности смысла где бы то ни было. Страх есть суждение, ни в коей мере не оправданное. Его присутствие не имеет другого смысла, кроме показа, что ты написал пугающий сценарий и соответственно испытываешь страх. Но вовсе не потому, что смысл того, чего ты боишься, страшит сам по себе.

С точки зрения ложного и верного мышления в мире есть только один смысл. Различные цели, которые воспринимают наши эго, скрывают их скрытую цель — доказать реальность разделения. Ранние уроки из Рабочей тетради помогают нам осознать, что мир сам по себе лишен смысла, ибо какой смысл могут иметь иллюзии? Именно мы проецируем смысл на мир, и это всегда будет неким выражением страха — источника и сердцевины сновидений. Без исключения все сны эго покоятся на лжи о том, что Бог нас накажет. Это оправдывает наш страх, а суждение является защитой эго от наших отягощенных грехом проекций на телесный мир — источник смысла, который мы придаем нашему опыту здесь. Несмотря на эти бессмысленные восприятия, мир действительно обретает смысл, когда мы позволяем Святому Духу превратить его в классную комнату, где мы изучаем Его уроки прощения.

(VII.4) Общая цель – единственное средство, придающее стабильность восприятию и несущее одну интерпретацию и миру, и всему опыту в нем. В этой разделяемой цели одно суждение разделяется всеми и всем, что ты видишь. Тебе не нужно более судить, ведь ты уже постиг, что один смысл придан всему, и ты рад видеть его повсюду. Он не изменится, поскольку ты будешь воспринимать его повсюду не измененным обстоятельствами. И так ты предлагаешь его всем событиям и позволяешь им предложить тебе стабильность.

Даже посреди эго-мира множественности мы можем видеть во всем единую цель прощения Святого Духа, сводя многообразные формы иллюзий к её единственному содержанию — страху. Следовательно, в высшей степени нестабильный мир нашего личного опыта превращается в надежного гаранта обещания спасения. Первый принцип чудес гарантирует, что наша жизнь станет простой: много форм — одно содержание; множество проблем — одно решение. Чудо расценивает все ситуации как предоставляющие одинаковую возможность отозвать наши проекции, позволяя разуму, принимающему решения, сделать новый выбор.

(VII.5:1) Избавление от суждения обусловлено следующим: всё имеет одну цель, которую ты разделяешь со всем миром.

Мы только что увидели, что любой смысл, который мы придаем миру, проистекает из суждения о том, что для нас хорошо, а что плохо (а для других это может быть совсем не так). Поскольку у нас разные восприятия наших потребностей, мы по-разному воспринимаем то, что нас окружает. Тем не менее, цель здравого разума — прощение (отказ от суждения) — является единственным смыслом для мира, который освободит нас из тюрьмы ненависти и страха эго.

(VII.5:2-6) Ничто в мире не может ей противостоять, поскольку она принадлежит всему, как и тебе. В единой цели – конец всем идеям жертвы, которая должна подразумевать разные цели для тех, кто обретает и кто теряет. Вне этой идеи мысль о жертве не может появиться. Именно эта концепция различных целей и заставляет восприятие колебаться, а смысл изменяться. В одной объединенной цели это становится немыслимым, ибо твое согласие делает интерпретацию наконец стабильной.

Здесь мы снова видим эту важную тему жертвы, столь ясно сформулированную в 25 и 26 главах. Иисус учит нас, что «никто не может терять ради чьей-то выгоды», что является «скалой, на которой покоится спасение» (Т-25.VII.12:1,7). Мирской взгляд на справедливость состоит в том, что кто-то должен проиграть, чтобы выиграл другой; нашему счастью лучше всего служит то, что достигается за счет другого. Как мы уже обсуждали, даже если мы разделяем общую цель смерти, у нас всё равно разные цели — в зависимости от того, чьей смерти мы хотим (когда и как), а кому хотим сохранить жизнь. Тем не менее, прощение отменяет это безумие различий, перестраивая восприятие на единый смысл общих, а не отдельных интересов.

(VII.6:1-3) Возможно ли установить взаимное общение, пока используемые символы означают разное? Цель Святого Духа дает одну интерпретацию, имеющую смысл для брата и для тебя. Так можешь ты общаться с ним, а он с тобой.

Даже внутри сновидения общение возможно, потому что мы говорим на одном языке прощения Святого Духа. Это не обязательно означает, что мы общаемся с другим человеком физически, поскольку Иисус говорит лишь о разуме, где мы ошибочно верили, будто других нужно приносить в жертву ради нашей особости. Наш Учитель выносит для нас на поверхность систему мышления эго, основанную на различиях; её безумие исправляется Святым Духом, объединяющим различные символы мира в Свою единственную интерпретацию чуда.

(VII.6:4) В символах, понятных вам обоим, жертва смыслом упразднена.

Символы, которые мы понимаем — это символы прощения: никто не проигрывает, и выигрывают все. Ты и я — братья, идущие по одному пути. Следовательно, не бывает так, чтобы я возвращался домой, взбираясь к тебе на плечи и втаптывая тебя в грязь вины. Эго говорит, что всё именно так, потому что его рождение сопровождалось верой в то, что мы сотворили это с Богом. Однако ложь не устанавливает реальность, как не может она изменить и истину о нашей общей невинности.

(VII.6:5-18) Всякая жертва влечет за собой утрату твоей способности видеть связь между событиями. Увиденные по отдельности, они бессмысленны. Ибо нет света, в каком их можно было бы увидеть и понять. У них нет цели. Нельзя увидеть, для чего они. В любой идее, связанной с потерей, смысл отсутствует. Никто с тобой не согласится в том, что означает эта мысль. Она есть часть искаженного сценария, который не может быть истолкован осмысленно. Он должен остаться навсегда невнятным. Но это не общение. А твои мрачные сновидения суть лишь бессмысленные, изолированные сценарии, которые ты пишешь во сне. Не обращайся к разделенным снам за смыслом. Лишь сны прощения можно разделять. Они означают одно и то же для вас обоих.

Единственный сон, который мы действительно разделяем с другими, — это прощение (в оригинале здесь использовано слово pardon — помилование/прощение), поскольку его сутью является признание изначального единства Сына Божьего. В наших исцеленных разумах мы должны взять с собой всех, ибо мы не можем пробудиться от сна за чужой счет. Повторим этот жизненно важный момент: видение не имеет ничего общего с формой или поведением, оно связано только с решением разума. Наше исцеленное восприятие отменяет систему мышления эго, которая началась с безумной мысли о том, что Бога необходимо принести в жертву, дабы мы могли обрести ту особость, которой так жаждали, веря, что она необходима для нашего выживания. Снова и снова наши особые отношения проигрывают эту онтологическую мысль о жертве и атаке. Люди важны для нас лишь постольку, поскольку они дают нам то, чего мы хотим, и именно это устанавливает смысл таким, каким его судит эго. Вспомните еще раз младенцев, которые воспринимают своих родителей как существующих исключительно для того, чтобы кормить и одевать их, держать в чистоте, любви и счастье. Проще говоря, они — зияющие рты, требующие, чтобы их кормили — как физически, так и эмоционально. К сожалению, мы так никогда и не перерастаем этот инфантильный способ взаимодействия с миром, и именно поэтому Иисус постоянно называет нас детьми.

Подводя итог, цель эго в отношении мира состоит в удовлетворении наших потребностей особости. Изменение смысла, осуществляемое Святым Духом, помогает нам осознать, что ценность людей заключается не в их особых характеристиках. Его истинное восприятие смотрит сквозь ошибочное видение различий эго, понимая, что все отношения предлагают одну и ту же возможность — исцелить веру разума в отдельные интересы. Наш выбор в пользу видения вместо суждения знаменует собой новое начало, когда мы принимаем решение вместе со Святым Духом, а не с эго, и боль уступает место радости пробуждения к нашей реальности в качестве Христа.
pro-svet Дата: Среда, 15.07.2026, 11:40 | Сообщение # 5
Форум: Беседка | Тема: ВОПРОСЫ И ОТВЕТЫ
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 6108
Репутация: 172
Статус: Offline
Цитата tuoskrusuorsuor ()
как заниматься духовными практиками?

Если кратко, настроиться на избавление от эго (от его ложных убеждений, представлений, суждений, желаний) и делать очищающие техники и практики. Если сомневаетесь, с какой начать, можете попробовать Формулу Счастья или какие-то еще из первых. Ну и читайте материалы сайта, постепенно всё начнет проясняться.
tuoskrusuorsuor Дата: Среда, 15.07.2026, 04:44 | Сообщение # 6
Форум: Беседка | Тема: ВОПРОСЫ И ОТВЕТЫ
заглянувший
Группа: Пользователи
Сообщений: 5
Репутация: 0
Статус: Offline
 У меня нет психических расстройств или заболеваний, я уже прочитал эти две статьи, и по поводу обобщенного ответа как заниматься духовными практиками?
pro-svet Дата: Вторник, 14.07.2026, 12:01 | Сообщение # 7
Форум: Беседка | Тема: ВОПРОСЫ И ОТВЕТЫ
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 6108
Репутация: 172
Статус: Offline
Цитата tuoskrusuorsuor ()
он начал не согласившись со мной

На самом деле так не бывает. Мы просто можем не видеть всю картину, особенно так называемые "тонкие сферы". Ничто никогда не происходит против твоей воли, и ничто не происходит случайно.

Все события и переживания мы притягиваем сами. И наше эго - единственная причина всех проблем и страданий.

Поэтому, если вы хотите по-настоящему решить любую проблему, вам нужно начинать с понимания этих двух статей.

Но есть и другой момент. Я вас не знаю и понятия не имею, в каком состоянии вы на самом деле находитесь. Поэтому обязательно прочитайте Предупреждение. Потому что, если, допустим, у человека психические расстройства и он слышит голоса в голове, считая, что это навязанная телепатия, то ему нужно к соотвествующим специалистам и работать на другом уровне с другими вещами.

И уж тем более я бы не советовал обращаться к "волшебным таблеткам" - к магии, обещающей быстрое решение проблем, потому что расплата за магию может быть долгой и болезненной.
tuoskrusuorsuor Дата: Понедельник, 13.07.2026, 19:00 | Сообщение # 8
Форум: Беседка | Тема: ВОПРОСЫ И ОТВЕТЫ
заглянувший
Группа: Пользователи
Сообщений: 5
Репутация: 0
Статус: Offline
 Проблема в том что конкретный человек имеет со мной телепатическую связь которую он начал не согласившись со мной, он начав не согласившись со мной с ней живёт и заставляет меня жить с ней, и не хочет чтобы я от нее избавлялся, я уже давно думаю о том чтобы прекратить ее и поэтому я пришел на этот форум
pro-svet Дата: Воскресенье, 12.07.2026, 18:01 | Сообщение # 9
Форум: ОБСУЖДЕНИЕ СТАТЕЙ | Тема: Что такое просветление? Описание просветления
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 6108
Репутация: 172
Статус: Offline
Цитата
"Просветление не избавляет от негативных переживаний."


Подобное утверждение можно встретить у некоторых "мастеров", которых кто-то почему-то считает просветленными.

Не могу согласиться с таким утверждением.

В настоящем просветлении остается только Любовь (блаженство, покой, счастье, радость, безмятежность, сатчитананда и т.д.), даже если еще есть картинка мира - ничего не значащие пиксели, легкие остатки сна перед его исчезновением.

Всё просветлено настолько, что омрачений не осталось никаких вообще. И невозможно чувствовать ничего кроме божественной (безусловной) любви.

А когда остатки сна развеяны, есть только Любовь, вечная и неизменная.

Это к вопросу о том, что под словом "просветление" подразумевают самые разные вещи, о чем говорилось в обсуждаемой статье.
pro-svet Дата: Суббота, 11.07.2026, 12:54 | Сообщение # 10
Форум: ОБСУЖДЕНИЕ СТАТЕЙ | Тема: Путешествие по Тексту Курса Чудес, Кеннет Уопник
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 6108
Репутация: 172
Статус: Offline
 (IV.1:2) Ты вечно борешься с иллюзиями.

Словно Дон Кихот, сражающийся с ветряными мельницами, мы боремся с тем, чего не существует. Мы воюем с нациями, людьми, нашими телами и микроорганизмами — и всё это не существует вне сна. И всё же внутри этих безумных снов мы терпим явное поражение. Мы продолжаем искать и не находить, отчаянно пытаясь хищнически поглотить то, что, по нашему мнению, нужно нам для достижения целостности и счастья, забывая о том, что наш Источник — единственное, что может положить конец войне и принести покой, который никогда не умрет.

(IV.1:3) А истина за ними столь восхитительна и столь тиха, исполнена такой любви и нежности, что, осознав ее, ты сразу позабыл бы о своей защите и бросился в ее объятия.

Мы уже встречали эту идею ранее (Т-13.III). Если бы мы действительно знали, что боимся не распятия, а искупления, и что этот страх основан на иллюзиях, мы бы бросились в Объятия нашего Отца, и мир бы исчез. Чтобы гарантировать, что этого никогда не произойдет, эго, как мы неоднократно видели, создало мир, дабы держать нас лишенными разума и защитить от способности разума выбирать. И здесь мы снова видим неявное заявление о цели — мотиве, стоявшем за нашим лжетворением мира. Страх эго заключается в том, что если бы мы признали разум местом спасения и домом нашей целостности, мы бы бросились в его объятья. Его страх, безусловно, обоснован. Мир бы растворился в своем ничто, и наше теперь уже беззащитное «я» растворилось бы тоже, положив конец разделению, которое на самом деле никогда не начиналось.

Иными словами, чтобы обезопасить себя от неизбежности нашего возвращения в разум, мы постоянно выбираем оставаться лишенными разума, поощряемые идолами особости, которые доказывают, что мы совершили невозможное, создав себе дом за пределами Небес. Хотя глубоко внутри мы знаем, что это ложь, мы всё еще стремимся сохранить иллюзию. Тот факт, что ничто здесь не переживает само себя, является верным доказательством того, что мы потерпели неудачу в наших попытках воздвигнуть истину вне истины. Наши попытки поддержать иллюзию бессмертия путем создания мифов о загробной жизни, о душах, переживающих тела, просто свидетельствуют о безумии попыток создать мир индивидуальности, противоположный вечному и неделимому Единству Небес.

(IV.1:4-6) На истину нельзя напасть. Ты знал об этом, создавая идолов. Цель их создания – забыть об этом.

Мы создали мир идолов с целью забыть о нашем источнике в разуме и нашем Источнике в духе, решив не вспоминать об Искуплении, которое гласит, что истину нельзя ни отделить, ни атаковать. Мы не можем не бояться бескомпромиссной природы реальности, которая опровергает утверждения эго о разделении и индивидуальном «я».

(IV.1:7-8) Ты нападаешь лишь на ложные идеи и никогда на истинные. Все идолы суть ложные идеи, тобою созданные, чтобы заполнить брешь, возникшую, как ты считаешь, между тобой и тем, что истинно.

Эта брешь — дом крошечной, безумной идеи. Мы быстро заполняем её мыслями о грехе и страхе, а затем столь же быстро покрываем их идолопоклонническим миром особой любви и ненависти. Эго говорит нам, что внутри этой бреши находится наша вина, за которой стоит мстительное божество, одержимое желанием нас уничтожить. Никогда не ставя под сомнение очевидное безумие этого мышления, мы не способны осознать, что в этой бреши находится лишь неправильное решение разума, которое легко исправить, выбрав другого учителя. Амнезия разума позволяет нам подчиняться диктату эго, который звучит как зловещее предупреждение: «Не заглядывай внутрь себя, ибо это означает верную смерть».

(IV.1:9-10) Ты нападаешь на них за то, что, по твоим понятиям, они символизируют. То, что лежит за ними, атаке недоступно.

Идолы представляют собой нашу скрытую вину — причину нашей потребности нападать на всех и вся вокруг, видя в них вместилище того греха, который мы не хотим видеть в себе. Название этого раздела, «Истина за пределами иллюзий», раскрывает наш страх отпустить этих идолов, ибо тогда мы бы вспомнили истину нашего неуязвимого и невинного Истинного Я, забыв то маленькое «я», которое мы сотворили как Его жалкую замену.

(IV.2:1) Утомительные, не приносящие удовлетворения, тобою созданные боги есть не что иное, как раздувшиеся детские игрушки.

Это снова возвращает нас к обсуждению образа детских игрушек (Т-29.IX.4-6) — объектов особости, которые кажутся нам столь реальными и могущественными. Действительно, даже будучи ничем, мир таит в себе такую кажущуюся силу, что мы едва ли можем избежать его притяжения, равно как и притяжения наших жизней, полных страданий и боли. Обратите внимание на то, как Иисус воспринимает нас: как маленьких мальчиков и девочек, которые верят, что всё здесь необходимо для их счастья, хотя погоня за выживанием тела — это истощающая и разочаровывающая игра, в которую стали бы играть только дети, находящиеся в плену иллюзий.

(IV.2:2-7) Ребенок перепуган, когда из неожиданно раскрывшейся коробки вдруг выскочит деревянная голова или когда пушистый, мягкий, прежде молчавший медвежонок вдруг запищит в детских руках. Правила, установленные чадом для коробок и медвежат, не оправдали его чаяний, разрушили его «контроль» над миром, окружающим его. И он испуган, поскольку полагал, что правила защитят его. Теперь же ему предстоит постичь, что ни коробки, ни медвежата его не подвели, не изменили правилам, не сделали его мир хаотичным и опасным. Он ошибался. Он просто неверно понимал, что обеспечивало ему безопасность, и думал, что оно покинуло его.

Детей пугает неожиданность. В этом нет ничего удивительного, ибо разум запрограммировал мир так, чтобы тот порождал страх. Поскольку мы верим, что у тревоги есть внешние причины, мы должны усвоить, что то, что находится снаружи — это всего лишь игрушки: спроецированные фрагменты тайных игрушек вины, которые суть вымышленные мысли разума, говорящие нам, что мы совершили невозможное. Исправление посредством Искупления — принцип «ничего не произошло» — опровергает правила эго для лишенного разума мира, который контролирует наше поведение и определяет наши мысли и чувства. Иисус учит нас, что «контролирующий» мир не является проблемой, и его правила не ограничивают и не защищают нас. Лишь разум определяет нашу судьбу, поскольку решения в пользу эго или Святого Духа являются причиной всего, что мы думаем, чувствуем и делаем. В этом факте кроется наша единственная надежда и защита.

(IV.3:1) Несуществующая щель заполнена бесчисленным количеством игрушек разных форм.

Между нами и Богом нет никакой бреши — это часто встречающийся мотив в последних главах. Прислушавшись к голосу безумия, мы верим, что брешь разделения реальна и является местом зарождения греха. Охваченные виной из-за веры в то, что мы разрушили Небеса, мы прячем эту мысль за игрушками особости, принадлежащими эго. К настоящему моменту должно быть ясно, что цель мира — удерживать эту несуществующую брешь заполненной бесчисленными формами ничто. Они привязывают наше внимание к телу и надежно прячут разум за бережно лелеемыми баррикадами ненависти.

(IV.3:2-10) И кажется, что каждая из них нарушает порядок, установленный тобою для нее. Она всегда была не тем, за что ты ее принимал. Она должна казаться нарушающей твои правила безопасности, поскольку это были ошибочные правила. Но сам ты вне опасности. Ты можешь посмеяться над выскочившей головой и над пискливыми игрушками так, как смеется малое дитя, осознав, что они ему ничем не угрожают. Однако, пока ребенок с радостью играет в них, он всё еще воспринимает их как повинующихся правилам, созданным им для собственного удовольствия. Поэтому всё еще остаются в силе правила, которые игрушки могут как бы нарушить и напугать дитя. Но так уж ли дите зависит от милости своих игрушек? И могут ли они представлять угрозу для него?

Каждый идол особости является рабом эго, и пока мы остаемся спящими, мы верим, что эти игрушки обладают властью приносить нам удовольствие или боль. Детские игры эго в сновидении могут стать весьма серьезными, достаточно могущественными, чтобы вызвать реальные последствия и угрожать нашему счастью и самому существованию. Но стоит всепрощающим глазам остановиться на истине, и мы с радостью осознаём, что игрушки вины не оказывают никакого влияния на святого Божьего Сына, наше Истинное Я. Только решение разума видеть сны наделило игрушки способностью причинять боль или исцелять. С Иисусом, радостно пребывающим рядом с нами, наша путаница уровней — разума и тела — отменяется, ибо мы видим в нём одном ответ на боль, а в выборе в пользу эго — единственную причину страданий. Чудо — это средство Иисуса для исправления нашей привязанности к идолам особости, о чем мы читаем далее:

(VIII.2) Чудо есть средство показать, что всякая видимость может измениться, поскольку она и есть видимость и не обладает неизменностью, свойственной реальности. Чудо свидетельствует о спасении от видимостей, показывая, что они могут меняться. Твоему брату присуща неизменность, превосходящая и видимость, и любой обман. Она затенена меняющимся взглядом на него, который ты принимаешь за его реальность. Счастливый сон о нем принимает форму видимости его совершенного здоровья, совершенной свободы от всех форм недостаточности, его сохранности от бедствий любого рода. Чудо есть доказательство того, что он не связан ни потерей, ни страданием в какой угодно форме, поскольку ее с такой легкостью возможно изменить. Это показывает, что никогда она и не была реальной и не укоренена в его реальности. Ибо реальность неизменна и не имеет следствий, которые что-либо на земле или на Небе могли бы изменить. Всякая видимость показана как нереальная в силу ее изменяемости.

Платон — первый из известных философов, кто подчеркнул важность понимания разницы между видимостью и реальностью, и мы можем видеть его влияние в неоплатоническом учении Курса. Чудеса возвращают внимание разума к его способности выбирать между истиной и иллюзией, между неизменным в Сыне Божьем и вечно меняющимся эго. Точнее говоря, чудо позволяет нам распознать различие между иллюзией изменения верного мышления (прощением) и иллюзией ложного мышления (разделением). Обе они уступают место истинно неизменному: совершенному Сыну Божьему, Христу, Которого Он сотворил единым с Собой. Учитывая эту истину, как он может страдать или быть уязвимым для воспринимаемой угрозы? Хотя его тело может испытывать боль и бояться нападения, фигура из сна ничего не чувствует. Во сне — да, но исцеленный разум отбрасывает все подобные мысли с помощью простой истины: сны нереальны, а потому не имеют следствий.

(VIII.1) Всякая видимость обманывает, но ее можно изменить. Реальность неизменна. Она не лицемерна, и если ты не в состоянии видеть дальше видимости, то ты действительно обманут. Ведь всё, что ты видишь, изменяется, но ты, сочтя его реальным прежде, считаешь реальным и теперь. Таким путем реальность низведена до формы, способной изменяться. Реальность неизменна. Именно это делает ее реальной и отделяет от всякой видимости. Она должна превосходить все формы, чтобы быть собой. Она не может измениться.

«Неизменная Реальность» — название этого раздела — это мысль Искупления, которая проходит через всю эту симфоническую часть как утешительный мотив. Поскольку реальность Бога и Христа не может быть изменена, тело, которое меняется, должно быть пустой фигурой в праздном сне, частью беспричинного мира, которого никогда не было. Реальность никогда не может обманывать или быть обманутой, но разум, который видит сны о фантазиях, действительно ошибается в своей вере, возложив упование на эфемерное и изменчивое.

Слово «искушение» время от времени появлялось в нашей симфонии, но всё чаще на него делаются ссылки именно в этой и следующей главах. В контексте Курса этот термин не означает то, что мы обычно подразумеваем под искушением (соблазном) особыми игрушками мира. Наше истинное искушение, жертвой которого мы пали в самом начале, заключается в том, чтобы поверить в ложь эго об индивидуальности, а не в реальность совершенного Единства Бога: в то, что вина и ненависть предпочтительнее любви, а конфликт предпочтительнее Божьего покоя. Из-за искушения прислушаться к иллюзиям эго, а не к его истине, Иисус говорит нам:

(VIII.3:1-3) Что же есть искушение, если не желание сделать иллюзии реальными? Оно не выглядит, как желание обратить нереальность в истину. Однако это утверждение, что некие формы идолов имеют столь притягательную силу, что перед ними устоять трудней, нежели перед теми, которым ты не желаешь быть реальными.

Идя по жизни, мы воздвигаем множество идолов в дезадаптивных попытках найти гавань покоя среди бурь ненависти и страха. При этом нам не кажется, будто мы заявляем, что хотим, чтобы реальность была иллюзией, а Бог умер; мы просто выражаем желание иметь теплое, утешающее тело рядом с нами, достаточно денег, чтобы жить без забот, и здоровое тело. Тем не менее, за нашими словами «я хочу, я хочу, я хочу» скрывается желание доказать, что Бог ошибается, Святой Дух вводит нас в заблуждение, а эго — наш единственный и надежный друг.

(VIII.3:4) Соблазн тогда есть лишь мольба о том, чтобы чудо не коснулось каких-то снов, так сохраняя их нереальность затененной и придавая им реальность.

Наше желание состоит в том, чтобы чудо не было всеобъемлющим, чтобы мы не распространяли его исцеление на все ситуации. Мирское определение чудес, конечно, послужило лишь тому, чтобы сделать реальной иллюзию различий, ибо мы предпочитаем думать о внешних чудесах, которые делают материальный мир реальностью. Это объясняет, почему студенты «Курса Чудес» всё еще могут поддаваться искушению видеть чудеса как нечто, происходящее с миром. Но как что-то может измениться вовне, если внешнего не существует? Это пример путаницы формы и содержания, тела и разума, от которой нас предостерегает Иисус, потому что мы хотим, чтобы существовали реальные потребности и мирские заботы, в которые вовлечены Бог и Его Святой Дух. Но если бы это было так, мы бы успешно доказали, что реальность — это иллюзия, а иллюзия — реальность.

Мы снова увидели цель эго в отношении бреши: сделать разделение реальным, а затем сделать мир защитой от боли, которая, как говорит нам эго, оправдана из-за греховной, смертоносной бреши между нами и Богом. Мы поднимаемся по лестнице разделения эго, изучая иную цель мира идолов, сотворенного виной, — и именно на этом будет сфокусирована следующая часть нашей симфонии.
pro-svet Дата: Суббота, 11.07.2026, 12:52 | Сообщение # 11
Форум: ОБСУЖДЕНИЕ СТАТЕЙ | Тема: Путешествие по Тексту Курса Чудес, Кеннет Уопник
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 6108
Репутация: 172
Статус: Offline
 Страх эго перед Искуплением

Наше обсуждение начинается с рассмотрения попыток эго заглушить Голос, который говорит нам, что ничего не произошло, ибо то, чего Бог не знает, не может существовать вне Его Целостности: совершенство не может видеть несовершенство; любовь не признает страха; единство не ведает разделения. Эта истина Искупления угрожает самому нашему существованию в качестве особенных и автономных «я», и наша вера в идолов поддерживает эту защиту — тема, которую мы исследовали в 29 главе и с которой снова встретимся здесь. Вспомним, что идолы — это другой термин для обозначения особых отношений, попытка отрицать ту неполноту, которую мы испытали, поверив, будто мы отбросили свою целостность (завершенность), отделившись от Самой Целостности. Мы пытались сделать себя целыми, объединяясь с внешними объектами, магическим образом надеясь, что они восполнят нашу нехватку и принесут нам покой.

(III.1:1-2) Идолы специфичны. Твоя же воля универсальна, будучи беспредельной.

Мы знаем, что мир — это иллюзия, потому что это место конкретики (специфичности), в то время как Учебник говорит нам, что естественное состояние разума — это абстракция, под которой Иисус подразумевает отсутствие специфичности (Р-чI.161.2:1). Всё это — способ сказать, что «Курс чудес» является недуалистической системой мышления. Неспецифическое единство — единственная реальность, что означает, что Бог и Христос не являются личностями или существами, отличными Друг от Друга. Здесь же, наоборот, всё конкретно и обособленно, что полностью противоположно нашей воле, являющейся синонимом нашего истинного и безграничного Истинного Я.

(III.1:3-4) Поэтому у нее нет формы, и содержание ее невыразимо на языке форм. Идолы суть ограничения.

Безграничное не может быть выражено в форме, потому что форма — это ограничение. Вспомните сказанные ранее слова Иисуса (Т-8.VII.7), когда он исправляет знаменитое начало Евангелия от Иоанна: «В начале было Слово... И Слово стало плотью». Иисус говорит нам, что это невозможно, поскольку, будучи духом, Слово Божье не может стать плотью: эти два понятия существуют во взаимоисключающих измерениях истины и лжи. Осознание того, что дух не может быть выражен в форме, показывает нам, насколько сильно этот курс отличается от большинства других духовных учений, как современных, так и древних. И хотя дух не может быть прямо выражен в мире, его любящее единство отражается через прощение и чудо.

(III.1:5-10) Они – лишь вера, что есть такие формы, которые приносят счастье, и что ограничением достижимо всё. Это как если бы ты сказал: «Не нужно мне всего. Мне по сердцу вот эта маленькая вещь, она-то для меня и станет всем». Это, однако, не удовлетворит тебя, поскольку в твоей воле, чтобы тебе принадлежало всё. Выберешь идолов – и ты напрашиваешься на потери. Выберешь истину, и всё – твое.

Это история нашей повседневной жизни — довольствоваться маленькими, не приносящими удовлетворения вещами этого мира. А за погоней за особенным «чем-то», что должно сделать нас целыми, кроется онтологическое пренебрежение: мы буквально воротим нос от Бога, говоря: «Твоего "всего" недостаточно. Мы хотим большего, чем Твое Царство Единства, в котором наши особенные "я" не могут существовать. Мы создаем наше собственное царство: Противоположность Небесам!» Это провозглашение независимости закрепилось в теле, притягивая к себе другие тела — как индивидуумов, так и единомышленников, объединенных в социальные, политические, расовые и религиозные группы. Когда мы наконец поймем, что эти особые идолы ничтожности потерпят крах, а цена этого слишком болезненная, чтобы платить, мы изменим свое мышление и выберем истину прощения Иисуса вместо лжи нападения эго.

(III.2) Не форму ищешь ты. Какая форма может стать замещением Любви Бога Отца? Какая форма может стать заменой любви в Божественности Бога Сына? И какой идол в состоянии сделать двух из одного? Можно ли положить пределы беспредельному? Ты не желаешь идола. Не в твоей воле его иметь. Он не одарит тебя даром, которого ты ищешь. Когда ты выбираешь форму того, чего желаешь, ты теряешь понимание его цели. И ты увидишь свою волю внутри идола, тем самым низведя ее к конкретной форме. Но твоя воля не могла быть таковой, поскольку разделяемое всем творением не может удовлетвориться малыми идеями и жалкими вещами.

Вспомним нашу тему формы и содержания. Нас никогда не привлекает форма сама по себе, будь то через боль или удовольствие, нас привлекает ее глубинное содержание: цель поддержания системы мышления малости и ограниченности. Смена форм увековечивает содержание эго, причем часто под иллюзией того, что этот сдвиг был значительным. Однако единственным по-настоящему значимым сдвигом является переход от телесных форм особости к содержанию ложного мышления (вине), а затем — к содержанию верного мышления (прощению). Таким образом мы отражаем любящую Волю Небес, принимая решение пробудиться от кошмара, в котором безграничное было подменено ограниченным, покой — конфликтом, а любовь — ненавистью.

(III.3:1) За поиском каждого идола стоит тоска по целостности.

Это напоминает нам принцип эго «Ищи и не находи» — тему, которая вернется в финальной части нашей симфонии. Мы постоянно ищем целостности, чтобы заполнить пустоту и нехватку, которые мы чувствуем внутри, но никогда не находим ее. Единственное, что действительно делает нас целостными, — это выбор Учителя, Который через Свое Искупление напоминает нам о радостном факте: о нашей целостности как Христа, которую иллюзии неполноценности и особости никогда не меняли.

(III.3:2) Будучи безграничной, целостность не имеет формы.

Здесь снова четко сформулирован кардинальный принцип недуалистической метафизики Курса, который так пугает ограниченное эго, являясь констатацией его имманентного несуществования: Бог есть, и нет ничего другого. Дух и форма не имеют ничего общего друг с другом, ибо как истина может быть вовлечена в иллюзорный мир, какими бы святыми ни казались его формы? Повторяя очевидное: Бог не может знать о разделении, потому что его никогда не было. Хотя мы можем воспринимать мысли нашего верного разума как исходящие от Него (или от Его Голоса), Он не взаимодействует с нами во сне. Истинная помощь приходит только тогда, когда разум, через решение простить, вспоминает, что наша реальность и реальность нашего Творца навсегда остаются вне снов эго об особости и грехе.

(III.3:3) Искать особенного человека или вещь, чтобы, прибавив их к себе, стать целостным, значит верить, что некой формы тебе недостает.

Это в точности то поведение, которое поощряет эго. Мы укрепляем веру в принцип дефицита (что-то в нас отсутствует), выискивая во внешнем мире то, что сделает нас целостными или счастливыми, — будь то вдох, потому что нашим легким требуется кислород, прижимание к другому телу, потому что нам одиноко, или поиск любых мирских идолов, чтобы почувствовать себя особенными, спокойными и защищенными.

(III.3:4-5) Найдя ее, ты обретешь ту форму полноценности, которая тебе милей всего. Идол создан, чтобы не обращаться к тому, что за ним стоит – к источнику веры в собственную неполноценность.

И снова мы видим акцент Курса на цели, что станет предметом нашего следующего раздела. Крайне важно увидеть, как эго заставляет нас искать идолов, чтобы доказать, что разделение произошло. Это делает Бога неправым, а эго правым, и показывает, что мы можем получить то, что нам нужно, от чего-то внешнего, а не от Его Целостности и Любви. Истинная цель мирских идолов — удержать нас от взгляда внутрь собственного разума, единственного источника значимых изменений. Поэтому осознание своего «я», принимающего решения, жизненно важно для учения Иисуса. Стратегия эго по лишению разума направлена против этого осознания, поскольку мы не можем выбрать заново, пытаясь изменить тот разум, о существовании которого даже не подозреваем.

(III.3:6-7) Только если ты согрешил, подобное было бы возможно. Ведь грех – это идея, что ты совсем один и отделен от целого.

Эго говорит нам, что разделение — это реальность, а наша неполнота — истина: Божья Целостность была нарушена, и особенное «я» является греховным следствием. Наше отождествление с бездумным телом гарантирует, что это убеждение останется неоспоримым и неисправленным.

Иисус продолжает обсуждение идолов, вновь возвращаясь к теме из 29 главы: какими бы реальными и могущественными ни казались наши идолы, даже те особенные из них, что кажутся жизненно важными для нашего спасения, они никогда не перестают быть просто детскими игрушками.

(IV.1:1) Ты станешь нападать на то, что тебя не удовлетворяет, поэтому и не увидишь, что сам его и выдумал.

Мы идем по жизни, гневно атакуя, потому что мир и его содержимое не дают нам того, что нам нужно, чего мы хотим и требуем. Мы не понимаем, что мы — часть разума, принимающая решения — сами выдумали мир таким образом, чтобы он нас разочаровывал. Жизнь — это наш сон, хотя мы удобно забыли, что являемся сновидцами.
pro-svet Дата: Суббота, 11.07.2026, 12:49 | Сообщение # 12
Форум: ОБСУЖДЕНИЕ СТАТЕЙ | Тема: Путешествие по Тексту Курса Чудес, Кеннет Уопник
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 6108
Репутация: 172
Статус: Offline
 Глава 30 — Начать сначала

Введение

Глава 30 — это предпоследняя часть нашей великой симфонии. Название главы, «Новое начало», отсылает к комментарию Иисуса в последнем абзаце главы 29, где он говорит об отмене первого начала эго. Система мышления эго зародилась в тот миг, когда мы предпочли прислушаться к ней, а не к Святому Духу. Спускаясь по лестнице разделения к ее неизбежному концу в материальном мире тел, мы наполнили свой разум идолами особости, и в текущей главе мы продолжим их обсуждение. Изменение нашего разума с помощью чуда позволяет нам подняться по той самой лестнице, по которой нас спустило эго. Этот сдвиг и есть новое начало, и, как Иисус говорил нам ранее (Т-16.VI.8:5), на отмену эго (подъем) требуется меньше времени, чем на его создание (спуск).

В этой главе, как и в заключительной, мы также видим повышенное внимание к способности разума принимать решения. Действительно, одним из важнейших разделов этой главы является ее начало — «Правила для принятия решений». В нем Иисус фокусируется на необходимости вернуться к точке принятия решений в нашем разуме, которая на схеме (см. Приложение) обозначена черной точкой на вершине разделенного разума: это место старого начала, когда мы выбрали слушать эго, и место нового начала, когда мы осознаем свою ошибку и делаем другой выбор. Наконец, мы обсудим тему цели, которая идет рука об руку с нашей способностью принимать решения.

По нашему обыкновению, мы начинаем с изложения принципа Искупления. Мы делаем это потому, что система мышления греха, вины и наказания черпает свой смысл из реакции эго на Присутствие Святого Духа в правильном разуме, которое отменяет веру в нашу индивидуальную сущность. Защита эго своей безумной особости — это его попытка удержать нас от того, чтобы мы когда-либо приняли решение в пользу Искупления, а не разделения.

Принцип Искупления

Мы начинаем с ответа Святого Духа на те моменты, когда мы испытываем искушение отвернуться от Его Искупления, выбирая вместо этого веру в эго и его систему мышления разделения и особости. Вот послание Иисуса к нам:

(II.1:1-3) Понятно ли тебе, что противостоять Святому Духу значит бороться с самим собой? Он только сообщает тебе твою волю, глаголет за тебя. Его Божественность – не что иное, как твоя собственная.

Заимствуя название Главы 23 «Война с самим собой», мы видим, что боремся с Тем, Кто мы есть на самом деле, выбирая идолопоклонство и поклоняясь такому «я», которое является лишь жалкой заменой Истинного Я, сотворенного Богом. Когда мы слушаем Голос Святого Духа, мы выбираем вспомнить Любовь Творца, которая и является нашей Подлинной Сущностью как Христа.

(II.1:4-12) Всё Его знание есть только твое знание, сохранённое для тебя, чтобы ты мог осуществлять свою волю через Него. Бог просит тебя исполнить твою волю. И Он соединяется с тобой. Царство Своё Он не воздвиг один. И само Царство представляет лишь твою волю, где всё сотворено для тебя. Каждая искра жизни сотворена с твоего доброго согласия и в соответствии с твоим желанием. И каждая Господня Мысль лишь дожидалась твоего благословения, чтобы родиться. Господь тебе не враг. Он просит у тебя совсем немного – лишь слышать, как ты называешь Его «Другом».

Поддаваясь искушению эго прислушаться к его голосу, мы делаем выбор против Воли Божьей. Разумеется, воистину пойти против совершенного Единства невозможно, и именно поэтому эго всегда терпит поражение. Из этой онтологической ошибки — желания быть отделенным и одиноким — проистекают наши боль и страдания. Хотя наши страдания переживаются в теле, они остаются в разуме, принимающем решения: идеи не покидают свой источник. Однако, будучи Идеей, которая не покинула Свой Источник, мы едины с Волей нашего Творца, являющейся нашей собственной. Любовь Бога и Ее функция творения принадлежат и нам: Жизнь распространяет Саму Себя, благословение Небес объемлет Творца и творение как Друга — один Бог, один Сын, одно Истинное Я.

(II.2:1-5) Как замечательно исполнять собственную волю! Ведь это и есть свобода. Ничто другое никогда не должно называться этим именем. Если ты не исполняешь свою волю – ты несвободен. Разве Господь оставит Сына без того, что тот для себя выбрал?

Возгласы эго о свободе имеют силу лишь в дуалистическом сновидении мира, ибо кто здесь может быть свободен и от чего? Истинная свобода принадлежит нашей воле (раздел называется «Свобода воли»), что означает, что Причина и Следствие, Отец и Сын, навсегда объединены как одна Воля, свободная от любых иллюзий разделения. Поскольку Единство может распространяться только на единство, не существует ничего вне этого совершенного единства воль.

(II.2:6-10) Дав тебе Свой совершенный Ответ, Бог гарантировал, что никогда ты не утратишь свою волю. Услышь Ответ сейчас, напоминание о Его Любви, чтобы постичь собственную волю. Не в Божьей Воле сделать Сына узником того, чего тот не желает. Но Он соединяется с тобой в желании твоей свободы. Противостояние Ему есть выбор себе во вред и предпочтение остаться связанным.

Это предупреждение, которое Святой Дух — Божий Ответ на разделение — дал нам в тот изначальный миг, когда мы слушали и Его Голос, и голос эго, испытывая искушение отвергнуть истину Искупления. Иисус утешает нас, говоря, что когда мы поддались соблазну индивидуальности и выбрали эго, ничего страшного не произошло, потому что иллюзия не оказала никакого влияния ни на реальность, ни на нашу Идентичность. Тем не менее, неверное решение повлияло на наш опыт восприятия. С того безумного момента мы стали воспринимать себя не такими, какими являемся на самом деле, ощутив потерю свободы и силы, что неизбежно последовало за выбором против нашего Истинного Я. Иисус продолжает свою мысль в следующем разделе, «За всеми идолами»:

(III.6:1-2) Того, чего не знает Бог, не существует. То, что Он знает, существует вечно, неизменно.

Поскольку Бог не знает о разделении, Он не знает и об индивидуальном «я», которое так противоречиво: реальны мы или иллюзорны? Мы боремся, пытаясь принять не просто то «я», которым мы не являемся, но такое «я», которого вообще не существует. Иллюзия остается иллюзией, независимо от ее формы, и Бог знает лишь Христа, который является нашим вечным и неизменным Истинным Я.

(III.6:3-4) Ведь мысли длятся столько же, сколько и мыслящий их разум. Разуму Божьему нет конца, в нем нет такого мига, когда бы Мысль Его отсутствовала или подверглась изменению.

Своими попытками изменить реальность нашего Истинного Я мы стремимся отвергнуть нашу Идентичность. Такое безумие является источником всех наших трудностей и недугов, которые, хотя и иллюзорны, кажутся нам реальными внутри сновидения до тех пор, пока наш разум предпочитает оставаться спящим. Хорошая новость от Иисуса заключается в том, что неизменная реальность Небес абсолютно не затронута этими безумными мыслями об изменениях, страданиях и смерти.

(III.6:5-7) Мысли не рождаются и не умирают. Все они разделяют черты своего творца и не имеют жизни, отдельной от его. Все твои мысли в твоем разуме так же, как ты – в том Разуме, который мыслил о тебе.

Это повторяет одну из центральных тем нашей симфонии: идеи не покидают своего источника. Этот принцип работает и в реальности, и в иллюзии. Как дух, мы остаемся в Разуме Бога и никогда не покидали свой Источник; внутри же спроецированного сновидения разделенный мир и тело, с которыми мы себя отождествляем, никогда не покидали своего источника — безумной мысли разума о разделении. Поскольку принцип проекции (идеи якобы покидают свой источник) — это ложь, мир не существует, потому что разделение никогда не происходило; ничто может привести только к ничему. В действительности мы — это Мысль, Идея в Разуме Божьем, и Искупление учит нас, что хотя мы и можем видеть сны о том, что живем в мире, отделенном от реальности, это никак не влияет на тот счастливый факт, что мы навсегда остаемся такими, какими нас сотворил Бог: Единством, соединенным как Одно.

(III.6:8-9) И следовательно, нет разрозненных частей в том, что есть в Божьем Разуме. Он навсегда Один, един внутри и полностью покоен.

Разум Бога — это совершенное Единство, и в Его Разуме «нет разрозненных частей». Эта тема нашего единства как Дитя Единства будет звучать теперь со все возрастающей силой, как в этой части, так и в волнующем завершении нашей симфонии.

(III.7) Кажется, будто мысли приходят и уходят. Но это означает только, что иногда ты их осознаёшь, а иногда нет. Мысль, не оставшаяся в памяти, вновь рождена в тебе, вернувшись в твое сознание. Но мысль забытая не умерла. Она всегда присутствовала, хотя ты этого не осознавал. Мысль Бога о тебе не изменилась с твоим забвением ее. Она осталась навсегда такой, какой была до того, как ты ее забыл, и будет в точности такой же, когда ты ее вспомнишь. Такой же она остается внутри периода забвения.

По мере того, как мы дрейфуем в сторону эго, и даже когда мы явно выбираем его безумие, Святой Дух мягко говорит нам: «Не огорчайся. Когда становится особенно трудно и больно, вспомни эти слова: хотя во сне ты свободен верить, что изменил реальность и свое Истинное Я, твоя истинная Идентичность как Христа не изменилась, она неизменна и не может быть изменена. Она просто ждет, когда ты пробудишься от сна и вернешься к Ней». Несмотря на наш ложный выбор, мы сохраняем память о том, что являемся вечной Мыслью Бога. То, что мы забыли, не покинуло наших святых разумов, и Голос Святого Духа мягко напоминает нам, что в любой момент мы можем заново родиться для той Жизни, которую никогда не покидали. Только во сне мы могли оставить свою любовь и свое Истинное Я.

Другими словами, «ни единой ноты не было пропущено в песне Небес» — это принцип Искупления, который является единственной истиной внутри иллюзорного сновидения. Именно для того, чтобы не дать этой истине проникнуть в осознание, эго применяет свою стратегию по заглушению Мысли Святого Духа, что уже хорошо знакомо нам по предыдущим частям нашей симфонии. Тайный сон эго о грехе, вине и страхе проистекает из веры в то, что мы разрушили Небеса и уничтожили их Любовь, в то время как сон мира возник, чтобы «защитить» нас от ужаса, вызванного безумием разума. Несмотря на кажущееся величие и квазибесконечную природу вселенной, факт остается фактом: все это нереально. Реальность Бога и Его Сына остается неизменной.

Теперь мы обратимся к страху эго перед силой разума выбирать Искупление и продолжим разбор раздела «За всеми идолами».
pro-svet Дата: Суббота, 11.07.2026, 12:30 | Сообщение # 13
Форум: Беседка | Тема: ВОПРОСЫ И ОТВЕТЫ
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 6108
Репутация: 172
Статус: Offline
 tuoskrusuorsuor, опишите вашу ситуацию. В чем конкретно проблема? Вы задаете слишком обобщенный вопрос. Я могу дать настолько же обобщенный ответ: займитесь духовной практикой.
tuoskrusuorsuor Дата: Суббота, 11.07.2026, 11:30 | Сообщение # 14
Форум: Беседка | Тема: ВОПРОСЫ И ОТВЕТЫ
заглянувший
Группа: Пользователи
Сообщений: 5
Репутация: 0
Статус: Offline
 В том смысле как от этого избавится изотерически?
pro-svet Дата: Суббота, 11.07.2026, 11:13 | Сообщение # 15
Форум: Беседка | Тема: ВОПРОСЫ И ОТВЕТЫ
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 6108
Репутация: 172
Статус: Offline
Цитата tuoskrusuorsuor ()
А как избавится от телепатической связи с другим человеком?

Расскажите подробнее, в чем именно проблема, какой вы ее видите?
Потому что ответить могу на разных уровнях, и мне нужно понять, какой ответ вам будет понятен, приемлем и применим.
tuoskrusuorsuor Дата: Суббота, 11.07.2026, 04:37 | Сообщение # 16
Форум: Беседка | Тема: ВОПРОСЫ И ОТВЕТЫ
заглянувший
Группа: Пользователи
Сообщений: 5
Репутация: 0
Статус: Offline
 А как избавится от телепатической связи с другим человеком?
pro-svet Дата: Воскресенье, 05.07.2026, 17:21 | Сообщение # 17
Форум: ОБСУЖДЕНИЕ СТАТЕЙ | Тема: Путешествие по Тексту Курса Чудес, Кеннет Уопник
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 6108
Репутация: 172
Статус: Offline
 Заключение

Мы заканчиваем разделом «Неизменная Обитель», начиная с 3-го абзаца. Как и в других разделах, которыми мы завершали различные части нашей симфонии, здесь мы находим прекрасное резюме нашего предыдущего обсуждения:

(V.3) Такая роль дается Святым Духом тебе, кто служит Сыну Божьему, желая увидеть его пробужденным и возрадоваться. Он – часть тебя, а ты – его по той причине, что он – Сын своего Отца, какую бы иную цель ты в нем ни видел. И от тебя не нужно ничего, только принять в нем неизменное и вечное, поскольку в этом и твое Тождество. Покой в тебе может быть найден только в нем. И каждая мысль, исполненная любви и предложенная брату, приблизит тебя к собственному пробуждению, к покою вечному и счастью без границ.

Наша роль, о которой упоминалось ранее при обсуждении первых двух абзацев этого раздела, состоит в том, чтобы принять любящий ответ Святого Духа на безумную веру в то, что мы могли изменить Небеса. Единый Сын Божий защищен Искуплением, которое учит, что единство любви никогда не было нарушено: «...ни одна нота не выпала из Небесной песни». Мы приближаемся к этому принятию каждый раз, когда предлагаем прощение другим, освобождая их от бремени веры в то, что они несут ответственность за утрату нами покоя. Снятие этой злополучной функции с их встревоженных умов снимает вину с наших. Больше не осуждаемые эго, мы спасаемся вместе, радостно пробуждаясь от сна смерти, и наши освобожденные мысли теперь могут вернуться к нашей вечной жизни в Боге.

(V.4:1) Этот святой Господень Сын тебе подобен; он – зеркало Любви его Отца к тебе и нежное напоминание о сотворившей его Отчей Любви, доныне пребывающей в нем, равно как и в тебе.

«Святой Сын Божий» — это любой из наших партнеров по особой любви или ненависти. Никакой сон осуждения никогда не сможет изменить любовь, которая нас объединяет. Навсегда единая, любовь остается таковой в вечности, изгоняя любую мысль эго о разделении, которая увела бы нас из нашей обители в Боге.

(V.4:2-3) Остановись, услышь в нем Божий Глас, позволь Ему тебе поведать, в чем его функция. Он сотворен, чтобы ты мог быть целостным, ибо лишь целокупное может быть частью Божьей целокупности, сотворившей тебя.

Сын Божий совершенно един. В его целостности нет деления; нет разделения или дифференциации. Когда, как казалось, произошел процесс фрагментации, наше единство будто раскололось на миллиарды и миллиарды осколков, заставив нас поверить, что каждый из нас отличен от всех остальных. Нам нужны эти отдельные люди, чтобы распознать, что разделение — это иллюзия, проекция внутренней мысли, которую мы теперь можем изменить. Наши особые отношения, если смотреть на них вместе со Святым Духом, становятся возможностью увидеть, что то, что было внутри, было помещено наружу. Он помогает нам обратить эти проекции вспять с помощью чуда, чтобы мы могли взглянуть на ошибочные мысли разума и исправить их.

(V.5) Отец не просит у тебя иного дара, как только видеть во всем творении сияющую славу Его дара тебе. Узри же Его Сына, Его совершенный дар, в котором его Отец сияет вечно и в чье владение отдано всё творение. А если оно отдано ему, то равно и тебе, и там, где ты его увидишь в нем, узришь и свой покой. Безмолвие, объявшее тебя, обитает в нем; из этого безмолвия родятся радостные сны, где ваши руки соединены в невинности. Это не руки в судорожной хватке из скорбных снов. Они не держат меч, поскольку больше не цепляются за каждую тщетную иллюзию мира. И, будучи пустыми, они получают взамен иллюзий руку брата, в которой заключена вся полнота.

И снова, это видение не имеет ничего общего с внешними проявлениями или поведением, а только с нашим внутренним зрением и мыслями. Мы больше не видим других людей с интересами, отличными от наших собственных, ибо здравомыслие говорит нам, что мы разделяем одну потребность, одну цель, одну задачу. Любое восприятие, дробящее Сыновство, должно исходить от эго, независимо от того, видим ли мы эту фрагментацию в себе или в другом. Независимо от их телесных объектов, атака и боль суть одно, потому что идея разделения не покинула свой источник в разуме. И там, где она находится, она может быть исцелена. Счастливые сны прощения тихо отменяют суждения, которые, казалось, разбили вдребезги и сделали неполноценным Сына, которого Бог сотворил целостным.

(V.6) Знай ты о дивной цели, лежащей за пределами прощения, ты не удерживал бы ни единой мысли, пусть даже еле тронутой печатью зла. Ибо ты понял бы, как велика цена за удержание того, чем Бог не наделил, в тех разумах, которые могут направить благословляющую руку и повести Божьего Сына в Отчий дом. Разве не пожелал бы ты стать другом тому, кто сотворен его Отцом как обитель Самому Себе? Если Господь считает его Себя достойным, поднял бы ты на него в ненависти руку? И кто, подняв на Само Царство запятнанную кровью руку, надеется найти покой? Твой брат считает, что он держит руку смерти. Не верь ему. Пойми, как ты благословен, способный его освободить, просто протянув ему свою руку.

Необходимо понимать, что поскольку Сыновство едино (ключевая тема этого курса), атака на другого означает, что мы атакуем самих себя («Распять я могу только себя самого» [У-ч.I.196]). Постоянная практика позволяет нам перевести интеллектуальное осознание этого факта в повседневный опыт, где мы доподлинно знаем, что отталкивать других через осуждение — значит присоединяться к ним в танце смерти, который не приговаривает никого, кроме нас самих. Иисус снова и снова спрашивает каждого из нас: «Действительно ли эта ненависть — то, чего ты хочешь?» Если мы отвечаем «да», мы должны осознать ту огромную цену, которую платим за то, что ценим свою индивидуальную идентичность. Это цена принесения в жертву покоя вечного единства ради эфемерных радостей триумфа. Кто, кроме безумца, сделал бы такой выбор? И действительно ли мы настолько безумны?

(V.7:1–8:2) Тебе дан сон, в котором он тебе не лютый враг, а твой спаситель. Тебе дан сон, в котором ты его простил за все его сны о смерти; тот сон надежды, который ты вместо злобных и полных ненависти сновидений разделяешь с ним. Но почему же кажется таким нелегким делом разделить сей сон? Да потому, что, если функция сна не задана Святым Духом, то создан он из ненависти и будет продолжать служение смерти. Любая его форма так или иначе – призыв к смерти. А те, кто служит богу смерти, пришли почтить его в разделенный мир, каждый неся свое жалкое копье и ржавый меч, чтобы исполнить древнее обещание умереть. Таково средостение страха в каждом сне, не отданном в пользование Тому, Кто видит в сне другую функцию. Когда сны разделяемы, они теряют функцию разъединения и атаки, хотя лишь с этой целью и создавался каждый сон.

Мы видели это и в нашей предыдущей части, где Иисус просил нас не присоединяться к снам брата о болезни и боли (Т-28.IV.1-6). Несмотря на тот факт, что сны мира были созданы для того, чтобы атаковать Сына Божьего и держать его отделенным от самого себя, эти страшные сны могут быть трансформированы в своей цели: от гнева к прощению, от смерти к жизни. Мы пришли к осознанию того, что всякая атака скрывает исходящую от здравого разума потребность пробудиться от сна, который видят все, — общую цель исцеления, отражающую наше единство на Небесах, даже когда мы верим, что являемся телами, живущими в разделенном мире страданий и желаний.

(V.8:3) Но в мире снов ничто не остается без надежды на перемену и улучшение, ведь неизменность найдена не здесь.

Надежда на улучшение кроется не во сне (теле), а в сновидце этого сна (разуме) — тема, которую мы к настоящему моменту уже очень хорошо понимаем. Иисус хочет, чтобы мы признали отсутствие какой-либо ценности у изменения, если только это не изменение от кошмаров эго к счастливым снам прощения Святого Духа.

(V.8:4-6) Возрадуемся же, что это так, и прекратим поиски вечного в этом мире. Прощающие сны суть средства отстраниться от сновидения о мире вне тебя. Они – те средства, что уводят, наконец, за грани снов к покою жизни вечной.

Вечная жизнь не имеет ничего общего с телом, ибо бессмертие приходит от осознания того, что тело — это лишь проекция мысли разума о смерти. Всё, что нам нужно сделать, — это внимательно посмотреть на наши отношения, проявляя бдительность к мыслям об осуждении, ненависти и атаке: к особости, которая порождает разделение, будучи сама им порожденной. Через это исследование разума мы приходим к пониманию, что наши жизни — это не более чем отражение желания оставаться разделенными, и понимаем, что именно это желание удерживало нас в страданиях, являясь источником всякого несчастья. Вот почему нас настоятельно призывают не искать счастья вне себя, а заглядывать только в свой разум. Там мы находим покой, превосходящий понимание, который ведет нас к Истинному Я, которое никогда не умрет, — к вечной жизни, которую мы разделяем с Самой Жизнью.
pro-svet Дата: Воскресенье, 05.07.2026, 17:19 | Сообщение # 18
Форум: ОБСУЖДЕНИЕ СТАТЕЙ | Тема: Путешествие по Тексту Курса Чудес, Кеннет Уопник
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 6108
Репутация: 172
Статус: Offline
 (VIII.5:7) А чтобы быть самой собою, истине вера не нужна, ибо она была сотворена, поэтому она есмь.

Иными словами, истина есть. Ей не нужна вера, чтобы быть собой. Иллюзия же, напротив, нуждается в вере разума, чтобы существовать. Когда мы изымаем свою веру в иллюзию, память об истине автоматически всплывает в наших умах, чтобы исцелить нас.

Теперь мы возвращаемся к концу раздела «Сон прощения», последнего в 29-й главе.

(IX.6:1-3) Но наступает время, когда детство должно уйти, исчезнуть навсегда. Не пытайся оставить игрушки детства при себе.

Иисус имеет в виду игрушки осуждения, одновременно делая отсылку к знаменитому отрывку святого Павла в Первом послании к Коринфянам (13:11). К этому мы, безусловно, можем добавить игрушки греха, вины и страха — все аспекты веры в то, что особость и жертва спасут нас. Наш старший брат говорит нам, что мы уже начали свой путь вверх по лестнице и больше не отождествляем себя с детьми полностью. Его поддержка укрепляет нашу готовность начать процесс избавления от детских игрушек эго, ибо они не выполнили своих обещаний.

(IX.6:4-7) Сон суждения – детская забава, где чадо превращается в отца, властного, но с мудростью малого ребенка. То, что ему вредит, уничтожается, а то, что помогает, благословлено. Вот только судит он еще, как малое дитя, не ведая о том, что повредит ему, а что исцелит. И кажется, случаются невзгоды, и он боится хаоса в том мире, где, как он полагает, властвуют законы, созданные им самим.

Иисус явно не питает иллюзий по поводу детей. Существует иллюзорное представление, обычно ассоциируемое с Руссо, что эти малыши — невинные светочи мира, если не маяки мудрости, с которыми мир творит ужасные вещи. Это совершенно не совпадает с пониманием Курса. Напротив, дети рассматриваются как символы требовательных ртов, желающих лишь поглощать (использовать) свои особые объекты. Иисус просит нас вырасти из этого. Он не наказывает нас и не бросает нам вызов, а просто говорит: «Я помогаю тебе понять, что то, что ты делаешь со своей жизнью, бессмысленно. Это игра в осуждение, в которую играют дети, она никуда не ведет и совершенно недостойна того, Кем ты являешься на самом деле».

Дети не понимают мир взрослых, поэтому Иисус и сравнивает нас с ними. Мы не понимаем его мира прощения, считая свой мир атаки и потерь реальностью. Отнимите у ребенка игрушку, и он заплачет, потому что по недостатку мудрости ему кажется, что произошло нечто ужасное. Мы, взрослые, ничем не отличаемся. Люди отнимают у нас наши игрушки особости или мешают нам в погоне за ними, и мы кричим, вопим, а иногда и угрожаем ответными действиями. Мы любим, когда получаем желаемое, и ненавидим, когда не получаем. Таким образом, мы, «особенные», ничем не отличаемся от маленьких детей, которые играют в выдуманные игры и считают их реальными.

(IX.6:8-9) Но мир реальный не затронут тем, который кажется ему реальным. Законы его не изменились от того, что он не понимает их.

Поскольку всё уже произошло — кошмарные сны эго и счастливые сны исправления Святого Духа — внутри есть место, где мы приняли Искупление для себя, наши умы исцелены, а разделение уже закончилось. Вспомните: «Этот мир закончился давным-давно. Мыслей, создавших его, больше нет в разуме, который их помыслил и недолгое время любил» (Т-28.I.1:6-7). Реальный мир олицетворяет наше решение простить полностью и познать, что истина находится вне сна. Это место покоя никуда не делось из-за того, что нам снятся идолы, с которыми мы просто разыгрываем спектакль, будто что-то происходит. На самом деле ничего не происходит, потому что мысль разума о разделении не существует. Лишь вера в нее, кажется, придает нашим идолам реальность, что, в свою очередь, кажется, придает реальность их миру, не говоря уже о том, что придает происходящему здесь жизненно важное значение. Мир важен, но только для детей; для здравомыслящего разума он не имеет никакой ценности, кроме своего потенциала помочь нам пробудиться от сна к нашему Истинному Я.

(IX.7) Реальный мир – тоже всего лишь сон. Но изменились образы его. Они уже не кажутся вероломными идолами. В подобном сне никто не служит замещением чего-либо другого, не вклинивается между тем, что разум мыслит и что он видит. Никем не пользуются в качестве того, что он не есть, ибо все атрибуты детства остались позади. И то, что когда-то было сном суждения, стало счастливым сном, ибо такою стала его цель. Только прощающие сны могут сюда войти, ведь время почти окончено. И формы, приходящие во сне, теперь воспринимаются как братья, не с осуждением, а с любовью.

Когда мы достигли реального мира, мы стоим вне сна, зная, что его фигуры — это проекции иллюзорной и невозможной мысли. Действия во сне не влияют на наш покой и не могут изменить нашего признания всеобщей одинаковости, когда мы сталкиваемся с дифференцированными восприятиями эго, которые оно хотело бы выдать за реальность. Осуждение уступило место истинному видению, и на всех во сне мы с любовью смотрим как на имеющих общую потребность вырваться из ада и вернуться домой. Никакие исключения невозможны, ибо реальный мир напрямую отражает совершенное Единство Небес. Это последняя стадия прощения, прежде чем Бог завершит наше путешествие туда, откуда мы никогда не уходили.

(IX.8:1-3) Прощающим снам не нужно длиться долго. И созданы они не для того, чтобы разум разделить с тем, что он мыслит. В них нет стремления доказать, что снится этот сон кому-то другому.

Сны эго созданы для того, чтобы лишить нас связи с разумом: у нас есть разум, но мы его отрицаем, осознавая лишь тело и мозг. В мирских снах мы верим, что люди делают что-то с нами; вот почему секрет спасения заключается в том, что мы сами делаем это с собой (Т-27.VIII.10:1). Поистине, мы — сновидцы сна, а не фигуры в нем, и чудо помогает нам понять нашу потребность прощать других и себя — сердцевину счастливых снов Святого Духа.

(IX.8:4-7) И в этих снах слышна мелодия, памятная всем, хотя никто ее не слышал с момента начала времени. Прощение, ставшее полным, настолько приближает безвременье, что песнь Небесную можно услышать не слухом тела, но святостью, не покидавшей никогда алтарь и вечно пребывающей в глубинах Сына Божьего. Заслышав снова эту песнь, он понимает, что не было такого времени, когда бы он ее не слышал. И где же теперь время, когда оставлены все сны суждений?

Иисус имеет в виду «Забытую песнь» (Т-21.I). Это не то, что мы слышим ушами, ибо ее сладкие звуки звучат внутри. Когда прощающие сны положат конец снам осуждения, мы будем слышать только Небесную мелодию любви; забытую песнь, поэтически выражающую ту святость, которая осталась с нами даже посреди ужаса перед тем, что мы являемся нашим Истинным Я.

(IX.9) Когда бы страх в какой угодно форме ни охватил тебя (а ты его испытываешь всякий раз, когда не чувствуешь глубокого удовлетворения, и несомненной помощи, и безмятежной уверенности в том, что Небеса с тобой), ты можешь быть уверен, что создал идола и веришь: он тебя предаст. Ведь под надеждой, что он тебя спасет, лежат вина и боль измены самому себе и неопределенность, столь горькая и глубокая, что сон не в состоянии полностью скрыть твоего чувства обреченности. Твоя измена самому себе должна вылиться в страх, ибо страх есть суждение, наверняка ведущее к неистовому поиску идолов и смерти.

Здесь дано практическое правило, которым мы можем руководствоваться в течение дня. Иисус просит нас быть бдительными к любым признакам беспокойства, к любым намекам на то, что мы хоть немного встревожены. Поскольку формы не имеют значения — все виды расстройств проистекают из единого содержания страха в разуме, — Иисус дважды говорит нам, что легкое раздражение ничем не отличается от яростного гнева (У-ч.I.21.2:5; Р-17.4:3-5). Поскольку содержание одно, а форм много, все нарушения нашего покоя являются следствиями причины, которая заключается в решении разума в пользу вины. Это спроецированное переживание предательства самого себя приводит к восприятию того, что причиной нашего беспокойства является мирской сон. И всё же эти хлипкие защиты едва ли могут сдержать наш полный обреченности страх наказания, который постоянно гонит нас в «отчаянный поиск идолов», чтобы защититься. Но каждый идол подведет, поскольку тела в конечном итоге умирают, что служит (для эго) окончательным доказательством того, что ненасытная жажда мести Бога была удовлетворена.

(IX.10:1-2) Прощающие сны напоминают тебе, что ты живешь сохранно и на себя не нападал. И так твои младенческие страхи рассеялись, а сны символизируют, что ты начал всё сначала и что это не есть еще одна попытка поклониться идолам и сохранить атаку.

Новое начало (предваряющее главу 30 «Новое начало») происходит тогда, когда мы осознаем, что направление, в котором мы двигались, было неверным; теперь мы желаем подниматься вверх по лестнице, а не оставаться на ее нижних ступенях. Мы начинаем всё заново, когда можем сказать искренне: «Должен быть другой путь». Это включает в себя отказ от осуждения, что позволяет нам взглянуть на идолов мира и признать, что они нас больше не привлекают. В таком признании кроется наша истинная безопасность, ибо прощение сводит страх на нет, и Сын Божий вспоминает свой дом в любви, которая находится за пределами всех снов.

(IX.10:3) Прощающие сны добры ко всем в них действующим персонажам.

Не к некоторым, а ко всем. Поскольку любовь всеобъемлюща, подлинное прощение охватывает всех людей, всё время, без исключений.

(IX.10:4-6) Поэтому они несут сновидцу полное освобождение от снов страха. Он не боится своего суждения, поскольку он никого не осудил и не искал через суждение освобождения от того, что должен был навязать ему его суд. И всё это время он помнит то, что забыл, когда суждение казалось ему способом избавиться от наказания за него.

Высшее наказание за осуждение — это смерть, факт, который мир пытается скрыть. Осуждение других явно провалилось как стратегия, потому что мы приходим сюда как тела, чтобы избежать судьбы верной смерти в разуме, и в итоге оказываемся в могиле, независимо от того, кто в этом виноват. В прощающих же снах мы не боимся осуждения других, потому что сами никого не осуждали. Когда мы боимся того, что человек может нам сказать или сделать, или беспокоимся о том, что думают другие, это происходит только потому, что мы спроецировали собственное отягощенное грехом осуждение себя. Чувствуя себя скверно внутри, мы нуждаемся в одобрении людей, чтобы почувствовать облегчение. Безумие этой особости исчезает, однако, когда мы признаём, что сон начался с нас и закончится там же, когда мы изменим свое решение. Любовь Бога, которую мы забыли, когда решили помнить об эго, мягко восходит в нашем осознании по мере того, как долгое и мучительное путешествие подходит к концу. Осознав, что смерть больше не является нашим желанием, мы обретаем освобождение от наших прежних друзей: греха, вины и осуждения.
pro-svet Дата: Воскресенье, 05.07.2026, 17:17 | Сообщение # 19
Форум: ОБСУЖДЕНИЕ СТАТЕЙ | Тема: Путешествие по Тексту Курса Чудес, Кеннет Уопник
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 6108
Репутация: 172
Статус: Offline
 (VI.1:4-5) Прощение – твой покой, ведь в нем конец и разделению, и снам угроз и разрушения, греха и смерти, безумия и убийств, печали и потерь. Подобной «жертвы» просит от тебя спасение, с радостью предлагая взамен покой.

Проблема в том, что мы не хотим терять наше особое «я», которое неразрывно связано со смертью и разрушением, безумием и убийством, виной и горем. Это делает нас теми, кто мы есть, и мы все выбираем страдать, чтобы иметь возможность указать обвиняющим перстом на какого-нибудь злодея, чьи греховные мысли и действия считаются причиной нашей болезни. Мы неохотно отказываемся от своего болезненного опыта, потому что это означало бы пожертвовать нашей разделенной идентичностью. В этом извращенном безумии мы радостно отвергаем покой спасения ради «радостей» жертвы, особенности и эгоистичного «я».

(VI.2:1-2) Так поклянись не умирать, святой Сын Божий! Ты совершаешь сделку, которая невыполнима для тебя.

Эту интересную первую строчку можно прочитать двояко, причем одно прочтение меняет смысл другого. Она не означает «клянись не умирать» (swear not to die), т.е. давать клятву быть вечным. Правильное прочтение — «не клянись умереть» (swear not to die). Это отсылает к обсуждению в предыдущей главе наших обещаний друг другу, что мы обязательно умрем; к обоюдной клятве сделать систему мышления эго реальной, обязуясь поддерживать её вплоть до нашей смерти. И в самом деле, мы поддерживаем её именно своей смертью. Таким образом, когда Иисус призывает нас: «Не клянись умереть», он просит нас не сохранять этот странный союз с эго. Мало того, что он никогда не делает нас счастливыми, это еще и сделка, которую мы по-настоящему не в силах выполнить, как он говорит нам:

(VI.2:3-6) Сын Жизни не может быть убит. Бессмертен он, как и его Отец. Того, что он есть, не изменить. Он – то единственное во вселенной, что должно быть единым.

Жизнь здесь — это сон, кажущаяся реальность которого опровергается принципом Искупления, гласящим, что не произошло ничего, что могло бы изменить единство Бога и Его Сына. Мы не убивали Бога ради того, чтобы жить, и Он не убьет нас в качестве наказания за наш грех против Него. Вечность по определению навсегда остается состоянием совершенного творения. Вспомните: «Было бы шуткой думать, будто время способно взять верх над вечностью, а это означает: времени нет.» (Т-27.VIII.6:5).

Следующий отрывок перекликается с первой главой Книги Екклесиаста, самой мрачной книги в Библии. Странно, что она вообще попала в канон. Ее поэтическое, если не сказать пессимистическое выражение жизни в мире является почти полной противоположностью всему остальному в библейских писаниях. Здесь, однако, контекст противоположен:

(VI.2:7-10) Всё, что лишь кажется бессмертным, прейдет. Исчезнут звезды, не станет ночи, не станет дня. Всё, что приходит и уходит: приливы и отливы, времена года и человеческая жизнь, – всё, что меняется со временем, цветет и увядает, уже не возвратится. Вечное вовсе не там, где время обозначило конец.

Иисус говорит, что эта физическая вселенная не является вечной, ибо всё здесь в конечном итоге перестанет существовать. Это один из самых ясных отрывков в «Курсе чудес», обучающих иллюзорной природе материального мира. Единственное, что здесь долговечно (остается навсегда) — это Сын Божий, потому что его здесь нет. Его вечность обретается не в теле или индивидуальной идентичности, а в его Истинном Я: едином Сыне Божьем, пребывающем в единстве со своим Творцом (У-ч.I.95).

(VI.2:11-14) Господня Сына не изменить тем, что сделали из него люди. Он будет тот же, что был и есть, поскольку время не вершит его судьбу и не назначен час его рождения и смерти. Прощение не изменит его. Но время служит прощению, чтобы всё, связанное со временем, могло исчезнуть, став бесполезным.

Наша истинная реальность как духа не подвержена влиянию того, что происходит с телом, хотя эго и создало его для того, чтобы рождаться, ветшать и умирать. Это (по мнению эго) доказывает, что мы не являемся неизменными и вечными, а значит, наш Творец солгал и потому не может быть Богом. Время, хотя и созданное эго для утверждения своего сна о разделении, может быть использовано Святым Духом как средство для того, чтобы мы усвоили — с течением времени — что оно нереально. Это всё равно что сказать: хотя эго и создало мир с коварной целью исключить Бога (У-ч.II.3.2:4) и защитить нас от вины (которая, в свою очередь, защищает разум от выбора Его), этот мир может служить другой цели — стать классом для прощения, в котором мы узнаём, что мира нет, ибо ничто не существует вне нас самих. Это тема следующего раздела, который мы рассмотрим — «Не ищи вне себя»:

(VII.6:2-6) Но тщетно поклонение идолам в надежде на покой. Бог обитает внутри тебя, и твоя полнота (завершенность) — в Нем. Ни один идол не заместит Его. Не обращайся к идолам. Не ищи вне себя.

Сами того не осознавая, мы поклоняемся идолам в надежде обрести покой через свою особенность. Тем не менее, Иисус напоминает нам, что покой приходит только с осознанием того, что наша «полнота — в Нем», нашем Боге, Который обитает в разуме как память, которую нужно призвать, когда мы решаем, что Его Любовь — это всё, чего мы хотим. Покой не может исходить от тела или его мира. Неотъемлемой частью этого процесса является понимание того, почему мы не хотим заглянуть внутрь себя и постоянно ищем снаружи то особенное «что-то», что сделает нас целостными. Изучая этот курс, важно распознавать наше сопротивление ему. На самом деле, мы знаем, что сопротивляемся, потому что всё еще отождествляем себя с телом. Ранее мы уже обсуждали, как, читая «Курс чудес» и слыша его слова, мы на самом деле думаем, будто это наш мозг размышляет о том, что видят глаза и слышат уши. Это иллюстрирует ту степень, в которой мы сохраняем наше отождествление с чем-то внешним.

Кроме того, мы думаем, что Курс находится вне нас, потому что у нас есть книга, которая, как говорят нам наши тела, существует для того, чтобы держать ее в руках и читать. Однако то, что делает этот курс по-настоящему полезным, — это понимание, что он находится в нашем разуме. Любовь Бога, которую символизирует Иисус, также находится в разуме, и «Курс чудес» является выражением этого Присутствия. Но поскольку мы думаем, что находимся здесь, мы помещаем его любовь в тело, что приводит к вере в существование некой внешней книги, которая нам поможет. Это снова демонстрирует нашу телесную идентификацию и объясняет, почему мы вынуждены искать вне себя идолов особости, которые, как мы думаем, дополнят нас, принеся счастье и покой. Несмотря на это безумие, мы остаемся в разуме, виновато видя сны о телах других людей и своем собственном. Это порождает необходимость подходить к подобным разделам как к идеалу, до которого нам нужно дорасти, даже если мы всё еще находимся на самой нижней ступеньке лестницы (Т-28.III.1:2). А подняться нам помогает наш старый друг — цель:

(VII.7) Давай забудем цель, данную миру прошлым. Иначе будущее будет подобно прошлому и станет просто чередой гнетущих снов, где один за другим рушатся все идолы, и где ты видишь всюду лишь разочарование и смерть.

Идеализм юности часто рушится с пониманием того, что здесь ничего не работает. Хотя мы не можем осуществить значимых мировых изменений, мы способны осуществить изменения внутренние. С этим осознанием любовь в разуме воздействует на Сыновство в целом, поскольку здравый разум не заинтересован во внешних изменениях. Цель мира меняется: из обители идолов, где мы ищем счастья, покоя и избавления от боли, он превращается в классную комнату, где мы узнаём, что мир нам ничего не может дать. Только прощающий разум является источником истинного счастья и освобождения от страданий.

(VII.8) Чтобы всё это изменить, чтобы расчистить путь надежде на избавление от кажущегося нескончаемым замкнутого круга отчаяния, всё, что потребуется от тебя, это решить, что ты не знаешь цели мира. Ты наделяешь его целями, ему не свойственными, и так решаешь, для чего он создан. И ты стараешься увидеть в нем средоточие идолов, найденных вне тебя и обладающих силой сделать целостным то, что внутри, раздваивая то, что ты есть, чтобы поделить между ними. Ты выбираешь свои сны, ибо они – твои желания, воспринятые как навязанные тебе. Твои кумиры лишь исполняют всё, что ты для них задумал и обладают силой, приписанной тобой. Ты тщетно их преследуешь во сне, желая присвоить себе их силу.

Мы пытаемся найти спасение снаружи, отщепляя то, что находится внутри. Мы отрицаем способность разума предпочесть силу Христа слабости эго — то есть делаем прямо противоположное тому, о чем Иисус просит нас позже (Т-31.VIII.2), — и тем самым видим себя слабыми и уязвимыми. Затем мы пытаемся вытянуть силу из всех и вся вокруг нас, будь то через еду, секс, вещества или деньги, либо через контроль и доминирование. Мы стремимся вырвать силу у тел этого мира, чтобы скрыть изначальную слабость ложного мышления и утаить способность разума выбрать иначе — принять решение, которое обнажило бы изначальную ничтожность эго и его идолов.

(VII.9:1-5) Но где же сны, если не в спящем разуме? И разве сну под силу сделать реальной картину, проецируемую им вовне? Брат мой, побереги же время, постигни, для чего оно. Ускорь кончину идолов в том мире, который болен и печален от лицезрения их. Твой святой разум – алтарь Всевышнего, а там, где Он, нет места идолам.

Всё, что мы видим, — это проекция, безумный сон, который никогда не покидал породивший его разум. Поскольку почти невозможно поверить в то, что мы сами создали этот мир, нам нужно постоянно держать в сознании то, насколько реальными кажутся наши сны по ночам. Это дает ключ к пониманию нашего опыта жизни в пространственно-временной вселенной, пока мы всё еще спим. Когда мы просим о помощи истинного Учителя разума, мы узнаем о другой цели мира идолов; о том, что это место обучения, в котором время используется для того, чтобы сменить цель с особости на прощение, где вина уступает место невиновности.

(VII.10:4-7) Идол неспособен воссесть на Божий трон. Позволь Ему напомнить о Его Любви к тебе и не старайся заглушить Его Голос, бубня напевы горького отчаяния идолам самого себя. Вне своего Отца не ищи надежды. Ибо надежда на счастье – не отчаяние.

Надежда на счастье неизбежно закончится отчаянием, если мы будем искать его вне себя. Подлинная надежда кроется только в разуме: там, где находится вопрос и ответ на него; там, где источник боли и ее отмена. Иисус научил нас видеть скрытую цель эго в наших попытках «заглушить Его Голос песнопениями глубокого отчаяния, обращенными к идолам нас самих». Эта огромная вселенная на самом деле — один пронзительный вопль, хвалебный гимн эго, чья цель — заставить замолчать тихий, спокойный Голос Святого Духа и похоронить Его принцип Искупления, сделав его навсегда недоступным для Сына Божьего.

(VIII.5:1-3) Что же такое идол? Он ничто! В него нужно поверить, прежде чем он покажется ожившим и наделенным силой устрашать.

Идол, как мы узнали, обладает силой только благодаря вере разума в него, а не из-за чего-то, внутренне присущего этому особому объекту: «В него нужно поверить, прежде чем он покажется ожившим». Обратите внимание на слово «покажется». Поистине, в теле нет жизни, не говоря уже о силе; эта сила исходит исключительно от принимающего решение, который выбрал его. Эта сила — источник нашего выбора: либо мы выбираем землю системы мышления эго (разделение), либо Небеса Искупления Святого Духа. Когда мы отказываемся от этой силы, создавая лишенное разума «я», мы становимся слабыми, отдавая себя на милость сил, неподвластных нашему контролю. Повторим этот важный момент: в качестве компенсации за эту слабость мы ищем силы у особых людей, веществ, вещей или концепций. Все эти идолы неизбежно подведут, потому что истинная сила обитает только в здравом разуме, который мы решили покинуть и к которому можем вернуться, как только сделаем выбор в пользу Святого Духа и Его чуда:

(VIII.5:4-6) И жизнь его, и сила – дар идолопоклонника; именно это и возвращает чудо тому, в чем есть и жизнь, и сила, достойные дара Небес и вечного покоя. Чудо не возрождает истину; завеса не погасила свет, заслоненный ею. Оно просто убирает завесу и позволяет истине беспрепятственно сиять, оставаясь тем, что она есть.

Мы уже видели это описание чуда в первых предложениях 28-й главы: «Чудо не делает ничего. Всё, что оно делает, — это отменяет» (Т-28.I.1:1-2). Чудо не восстанавливает истину, а просто приподнимает завесу забвения, которая скрывает осознание разума, отделяя тело от разума и удерживая следствие в отрыве от причины. Чудо (дуга в правой части схемы) возвращает нас к принимающей решение части разума, проникая сквозь завесу и позволяя нам разоблачить динамику проекции, давая понимание, что мир — это лишь внешнее отображение тайного сна разума. Следуя важнейшему принципу «идеи не покидают свой источник», мы признаем, что мир никогда не покидал разум, а значит, никакого внешнего мира, кроме нашей веры в него, не существует. Идея и источник, следствие и причина, мир и разум — едины. И наконец:
pro-svet Дата: Воскресенье, 05.07.2026, 17:12 | Сообщение # 20
Форум: ОБСУЖДЕНИЕ СТАТЕЙ | Тема: Путешествие по Тексту Курса Чудес, Кеннет Уопник
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 6108
Репутация: 172
Статус: Offline
 Прощение и святые отношения

(III.3:1-7) Но даже в сне о смерти и телах есть один истинный мотив; не более чем малая искра, пространство света, сотворенное во тьме, где Бог сияет и поныне. Тебе не пробудить себя. Однако ты можешь позволить пробудить себя. Ты можешь не замечать снов брата. Настолько полным может быть твое прощение его иллюзий, что он становится твоим спасителем от снов. Увидев его сияющим в пространстве света, где пребывает Бог посреди тьмы, ты Бога Самого увидишь там, где нынче видишь тело брата. И в этом свете тело исчезает так же, как отступает перед светом плотная тень.

Иисус, конечно же, не говорит в буквальном смысле о том, чтобы видеть, как исчезает тело другого человека. Меняется наше восприятие тела: оно больше не видится как вместилище вины, окутывавшей тело тенями. Вместо этого тело видится как наполненный светом сосуд безгрешности. Этот сдвиг происходит, когда мы забираем назад свои проекции и больше не видим интересы другого человека как обособленные от наших («или он, или я»), ибо признаём, что нас объединяет общая потребность вспомнить свет и пробудиться от сна тьмы (вместе или никак).

Мы не можем сделать это без помощи. Поскольку мы сами себя усыпили, нам нужен учитель, который наставит нас, что путь к пробуждению лежит через «незамечание» (overlooking), через взгляд за пределы вины, которую мы возложили на других, к нашей общей невинности. В особых отношениях мы выражаем наши «тайные грехи и скрытую ненависть» (Т-31.VIII.9:2) — сон разума, который мы не хотим видеть, из-за чего он и держится в тайне. Иисус помогает нам понять, что тьма, которую мы осуждаем в другом, — это внешняя картина состояния тьмы в нашем собственном разуме, которую мы пытаемся скрыть, а затем избежать с помощью проекции.

(III.3:8-11) У тьмы нет выбора – остаться или нет. Явление света означает ее уход. Тогда-то ты увидишь брата в сиянии славы и поймешь, что же в действительности заполняет щель, казалось, вас так долго разделявшую. В том месте свидетель Божий наметил мягкий, добрый путь к Божьему Сыну.

Поскольку тьма вины эго не имеет силы что-либо сделать, проблема не в ней. Внимание нужно сосредоточить на принимающем решение в разуме: именно здесь находятся и проблема, и её решение. Когда мы выбираем слушать голос безумия, мы наделяем тьму силой, изгоняя свет из нашего осознания. Но когда мы прощаем, снимаются затемненные завесы атаки, которые окутывали наших братьев ненавистью и блокировали истинное восприятие Божьего Сына. Открывается свет лика Христова, и доброта заменяет жестокость, по мере того как истинное видение восстанавливает зрение, которое осуждение присвоило себе.

(III.3:12-13) Тому, кого ты прощаешь, дана сила простить тебе твои иллюзии. Твоим даром свободы она дана тебе.

Мы не впервые встречаем эту идею. Она появляется в Курсе по меньшей мере восемнадцать раз и является отсылкой к Евангелию, где Иисус наделяет своих апостолов властью прощать грехи (Матфей 16:19; Иоанн 20:23). Здесь он говорит нам, что мы все обладаем этой силой прощения. Вопреки видимости, это не магия «прощения-для-разрушения» (П-2.II), где мы делаем грех реальным, а затем не обращаем на него внимания или искупаем грех жизнью, полной страданий. Мы прощаем другим их иллюзии тем, что не присоединяемся к ним на танцполе, чтобы разделять их сны об атаке, болезни и смерти. Если иллюзии осуждения и ненависти не разделяются, они не могут существовать; если мы не соглашаемся со снами тьмы эго (потому что по крайней мере один из нас удерживает свет), сон остается неразделенным и пребывает как пустая иллюзия ложного мышления. Лишь когда мы соглашаемся с тем, что грех и вина реальны, они обретают плотность и требуют действий. Нам нужно вспомнить, что разделение нереально (принцип Искупления), потому что Бог не признал его существования. Переставая видеть себя отделенными друг от друга, мы осознаем, что тот же самый свет, который мы распознали внутри себя, столь же ярко сияет и в других, несмотря на кажущуюся силу тьмы. Это осознание и составляет истинную силу прощения, в которой Сыновство исцеляется и освобождается как единое целое.

(III.4:1-2) Освободи место любви, которую ты не сотворил, но в состоянии продолжить. Земной смысл этого: прости своего брата ради освобождения твоего разума от тьмы.

Мы не простираем любовь сами; она простирается через нас: «Освободи место любви...». Наша задача лишь в том, чтобы устранить блоки вины эго, попросив Иисуса о помощи в прощении. Когда они исчезают, любовь может течь свободно, и поэтому нам никогда не нужно спрашивать его, что именно нам делать. Он не заинтересован в том, что происходит в мирском сне, а только в освобождении разума от снов особости и смерти. Когда мы приносим эти темные мысли к его свету, они мягко растворяются, высвобождая любовь, которую мы до этого держали взаперти. В этот момент мы автоматически будем знать, какие добрые и любящие слова сказать или что сделать, независимо от ситуации. В этом и заключается содержание, стоящее за формой нашего «слышания» того, как Иисус говорит нам конкретные вещи, «слышания» внутреннего Голоса. Повторюсь, он не говорит нам в буквальном смысле, как себя вести; нами руководит его абстрактная любовь в здравом разуме. Сам по себе Голос — это иллюзия, как нам сказано в «Прояснении терминов» (C-6.1:5), будучи конкретной формой той абстрактной любви, которой мы уступили дорогу, когда стали смотреть на наши сны осуждения через исцеляющее видение Иисуса.

(III.4:3-4) Когда же свет к нему придет через твое прощение, он не забудет своего спасителя и не оставит его без спасения. Поскольку именно твое лицо он видел озаренным светом, который пожелал хранить подле себя, идя сквозь тьму к вечному свету.

Это так, поскольку свет разделяется с другими. Это не означает, что мы спасли других, потому что они спасли нас. Спасение мгновенно и всеобъемлюще: "Когда я исцеляюсь, я не исцеляюсь один" (У-ч.I.137). Таким образом, все мы становимся сияющими напоминаниями о системе здравого мышления, присутствующей во всех нас. Наш дар друг другу состоит в том, чтобы представлять Альтернативу (Р-5.III.2:6) — Свет, который уничтожает тьму, когда мы прощаем и видим невиновность вместо греха.

(III.5:1) Как же ты свят, если из гущи снов отчаяния и бедствий Сын Божий может вызволить тебя!

Эта же идея открывала раздел «Ибо они пришли» в 26-й главе: «Только подумай, сколь свят ты должен быть, раз от твоего имени любовно взывает Голос Божий…» (Т-26.IX.1:1). Мы святы, потому что разделяем святость Христа с нашими спасителями из тьмы, изобличая видимость особой любви и ненависти эго.

(III.5:2) Смотри, как он спешит к тебе, выйдя из скрывавшей его тяжелой тени, сияя тебе благодарностью и любовью.

Мы снимаем тени с разума нашего брата, решая не делать его вину реальной и не наделяя его эго силой влиять на нас. В этом даре света для него мы вспоминаем о присутствии света в нас самих, и тогда он становится сияющим свидетелем, укрепляющим любовь, которую мы поддержали в наших разумах, омраченных мыслями о грехе и вине.

(III.5:3-7) Таков, какой он есть, но не один. И также, как его Отец не потерял ни части его в твоем сотворении, свет в нем сияет ярче, поскольку ты подарил ему свой свет, спасая его от тьмы. И свет в тебе теперь должен сиять не менее ярко, чем в нем. Это и есть искра, сияющая внутри сна, чтобы ты помог ему проснуться и быть уверенным, что его бодрствующий взгляд обращен к тебе. И в его радостном спасении ты спасен.

Сын Божий один, а не множество. Свет, сияющий в одном кажущемся отделенном фрагменте, сияет во всех. Когда мы утаиваем его хотя бы от одного аспекта Сыновства, всё целое погружается во тьму, по крайней мере, в осознании нашего разума: один Христос, одно эго; одно прощение, одна вина. Поскольку мы уснули как единый Сын, мы и пробудимся как единый Сын. Поскольку разделение — это следствие единственного ошибочного выбора в пользу греха, спасение ждет нашего единственного исправления с помощью чуда.

(VI.1:1-3) Как велико твое желание простить брата? Как велико твое желание покоя вместо борьбы, которой нет конца, взамен невзгод и боли? Эти вопросы одинаковы, лишь заданы в разной форме.

Мы не можем простить других, если в то же время нас привлекает жизнь, полная борьбы, невзгод и боли. Вопросы Иисуса означают одно и то же, потому что наша готовность простить кого-то другого — это наша готовность отпустить источник страданий в нас самих. Обиды, затаенные на другого, — это проекции вины в разуме, которая является причиной всех конфликтов и боли. Вот почему так трудно прощать и отпускать осуждение; если мы не испытываем боли, кого мы сможем обвинить в том, что мы стали теми, кто мы есть? До тех пор, пока мы привязаны к идее индивидуальности и особости, нам нужно делать кого-то ответственным. Лучший способ обвинять — это страдать, заставляя других верить, что они являются причиной нашего недомогания (душевной боли), и тем самым заслуживают наказания за наше собственное греховное решение отделиться от любви.
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск: